Попаданку приглашали? Сочи,1979

Оставалось десять лет до развала страны.

О чем это я? Сейчас ещё всё спокойно. И я здесь точно не по политическим причинам. Как мне кажется. Но ни подсказок, ни знаков, наводящих меня на действие, я всё ещё не видела.

Отложила газету – передо мной стоял Майкл.

– Зашибись! Ты что, всё это подстроил? Это невозможно!

– Что невозможно? – он улыбался и светился от радости, – меня пропустили через портал, – он присел рядом, – к тебе.

Если честно, я его ждала с самого начала несмотря на всю абсурдность ситуации.

Он не должен был здесь находиться, так как это вообще не его реальность, но вот стоял передо мной наяву и во плоти, как говорится. Абсолютно такой же, как в Тунисе.

– Тебя не видят?

– Нет. Так что ты не очень со мной разговаривай, а то примут за сумасшедшую. Пошли в каюту лучше.

Я заметила, что женщина, сидевшая поблизости уже начала на меня коситься.

– Я актриса. Иногда мне приходят в голову роли, над которыми я работаю, – сказала я ей на всякий случай, – я вас не напугала?

– То-то я думаю, что вы разговариваете сами с собой.

Вы театральная актриса? – у неё была родинка на подбородке, и когда она поворачивала голову в профиль, то казалось, что она старая ведьма из детской книжки.

– Нет, кино, – ответила уже на ходу. Не хватало ещё её расспросов.

Ничего себе! Пропустили его! Всё вокруг моментально стало другим – наполнилось красками, новыми звуками и запахами. Я шла в каюту и слышала, как за мной идёт человек, по которому я очень сильно скучала.

Я даже этого не осознавала в той степени, в которой мне об этом сказало моё собственное тело.

Я подошла к каюте, вставила ключ в замочную скважину, повернула его два раза, открыла дверь. Ну, и само собой разумеется… Мы набросились на друг друга, как в финальной сцене фильма про сложную любовь, где герои наконец-то преодолели все преграды, играет красивая музыка, и растроганные зрительницы шмыгают носами. Мы не думали ни о каких порталах, где мы, кто из нас настоящий, а кто нет, мы чувствовали дыхание, поцелуи, свои руки и слышали биение наших сердец.

– У нас очень мало времени, – сказал, Майкл внимательно изучая содержимое холодильника.

– У нас? Или вообще?

– История отвратительная, – он выбрал барную бутылочку белого сухого, – была бы моя воля, я бы этого похотливого ублюдка давно прикончил.

– Кого?

– Ты уже с ним познакомилась.

– Я? Если только с поваром Лёней, про которого мне рассказала Ирина.

– Вот именно.