Screenplay 4. Добившая_ся

Медведица сделала шаг в его сторону, но тут же вернулась на прежнее место и снова оскалилась на нас. Медвежонок делал попытки вскарабкаться на камень, но течение сносило маленькое неуклюжее тело. Тупые когти не могли надежно зацепиться за скользкие валуны, он продолжал плакать. Медведица взревела в отчаянии, рёв этот скручивал мои внутренности в тугой болезненный узел, волнами отражался от тела. Ей нужно было спасать упавшего в реку детёныша, но на берегу оставались двое других, и мы представляли для них угрозу.

– Вот и мячик, – Рональд подтолкнул меня к дальнему от медведей краю валуна. – Бежим!

Мы попрыгали на землю и понеслись прочь. Я почти чувствовала горячее, густое, пропахшее падалью дыхание за спиной, казалось, огромная лапа вот-вот сшибёт меня с ног, и зубастая пасть вцепится мне в череп. Оглядываться не было ни времени, ни возможности. Мы бежали, перепрыгивая с камня на камень, и лишь чудом не переломали себе кости. Деревья проносились мимо, упругие ветви, колючие листья били нас по лицу, дыханье со свистом вырывалось из груди, в висках стучала кровь.

Остановились мы только тогда, когда лёгкие начали разрываться от нехватки воздуха, земля под ногами стала слишком мягкой, уходящие в неё по щиколотку ноги с трудом выдёргивались обратно. Наконец обессилев, мы повалились на влажный мох, тяжело дыша, не помня себя от страха и от облегчения одновременно.

– Кажется, далеко ушли, – сказала я, шумно отдуваясь.

– Удивительная страна! – пробормотал Рональд, глядя в небо.

 – Медведи на Шекспира выманиваются…

– Нужно было сразу сбежать, а мы, два идиота, корчили из себя огромных страшных зверей! – расхохоталась я. – И провоцировали бедную медведицу ещё сильнее!

– Если бы это был медведь, моя тактика сработала бы!

– Не сомневаюсь, Ромео! Тактика выманивания ведь оправдала себя!

– В следующий раз попробуем лорда Байрона. Посмотрим, кто вылезет из чащи в этом случае…

Возблагодарив Господа за то, что спас наши жизни, и в полной мере оценив этот хрупкий дар, мы ещё долго лежали на земле, приходили в себя.

Я перекатилась поближе к Рональду, положила подбородок ему на грудь.

– Знаешь, я только что осознала, что действительно умру когда-нибудь. Не так, как в шестнадцать – пойду сдохну, а вы все живите, как хотите. А умру по-настоящему, меня просто не станет. Это так странно.

– И ты испугалась?

– Да, очень! Но… – я приподнялась на локте, чтобы видеть его лицо. – Понимаешь, я не боюсь смерти.