Вопреки всему

И улыбку добавь на лицо, а то смотреть на тебя грустно. Даже мне, здоровому мужику, плакать хочется! – сказал отец и даже улыбнулся для примера. – Сегодня будут очень важные для нас с тобой гости, всё должно быть в лучшем виде! Так что сейчас придёт твой парикмахер и сделает из тебя настоящую красавицу!

К пяти часам вечера, Ангелина была похожа на очень красивую и дорогую фарфоровую куклу. Она сидела в своей комнате, напротив зеркала и разглядывала своё отражение. От всего того, что на неё надето, причёсано, накрашено, она с трудом шевелилась.

Звонок в дверь.

–Ангелочек мой! Иди встречать гостей!-позвал отец зычным голосом.

Ангелина спустилась.

В широкий холл дома входило семейство Константина Геннадьевича: супруга, в дорогом платье, с причёской и густо накрашенная, за ней их сын, Стас, в дорогом костюме с уложенными, блестящими, светлыми волосами и замыкал семейство сам Константин Геннадьевич, который, не успев войти, стал громко приветствовать хозяина дома, хлопнув его по руке и приобняв за плечи.

–Ну здравствуй, дорогой мой друг! Здравствуй! Знакомьтесь, это моя супруга, Софья Павловна, а это мой сын, Станислав. – сказал Константин Геннадьевич многозначительно глянув на Ангелину.

–Очень приятно! – сказал Пётр Николаевич и поцеловал руку Софье Павловне.

–Взаимно- сказала она снисходительно улыбнувшись.

–Очень приятно. – сказала Ангелина.

Константин Геннадьевич украдкой одобрительно кивнул Петру Николаевичу.

–Ну, дорогие гости, прошу к столу! – пригласил Пётр Николаевич широким жестом.

Ужин проходил оживлённо, громко. Взрослые бесконечно говорили, шутили, смеялись. Ангелина тихо сидела за столом, погрузившись в свои мысли.

–Так и на кого ты учишься, милое создание?– спросила покровительственно Софья Павловна.

–На переводчика. – ответила Ангелина.

–Хорошая профессия, но всё таки не для девушки, мне кажется. – сказала Софья Павловна. – А вот наш Стасик, учится финансиста, будет работать в руководстве банка, да Стасик?

–Да, мама.

Его почти бесцветные глаза, белесые брови, влажные розовые губы, всё лицо излучало снисходительное превосходство. Точь в точь, как у его матери, Софьи Павловны.

Ангелина подняла глаза и неожиданно для себя заметила, что на неё пристально смотрят все сидящие за столом и даже отец, как будто ждут какой-то реакции.