Ты доиграешься, детка

Если ты начальник заставы в каком-нибудь мелком селе на границе – ты первый после Бога. Можешь заходить, открывая дверь с ноги в отделение полиции, таможни, да, Господи, в любую структуру, и везде ты пиздец важная персона. Это по-своему круто, но когда понимаешь, что жизнь изо дня в день повторяется, и скучные будни на заставе сменяют друг друга, все надоедает.

Теперь вы поняли, почему я так люблю отпуск?

Потому что это единственное время в году, когда иллюзия, что я принадлежу себе, не развеивается с наступлением конца увольнения, а длится целых тридцать с лишним дней.

Поэтому отпуск особенное время.

– Ты долго.

При звуках красивого голоса я улыбнулся, выдыхая дым в ночное небо. Курил не часто. Но сегодня захотелось.

– Красивый вид, – ответил, замечая, как рядом возникла хрупкая фигура в моей кожане. Очень эротично, учитывая, что надета куртка на голое тело. Охрененно сексуальное голое тело.

– Не знаю. Я редко сюда выхожу, – услышав эту фразу, нахмурился, пытаясь понять направление её мыслей.

Пояснила, и я с запозданием отметил, что она стоит спиной к окну.

– Зачем тогда квартира на десятом? – затянулся, слыша тонкий треск тлеющей сигареты. Выдохнул, и, протянув руку, положил ладонь на талию, притягивая малышку к себе. Заметил её осторожный взгляд в сторону открытого окна и развернул её спиной к нему, упираясь в подоконник.

– Потому что красивый вид… – скользнула рукой по моему запястью, и поднесла к губам сигарету, делая неглубокую затяжку.

– Скажи, что произошло вечером? – понимал, что шансы услышать ответ пятьдесят на пятьдесят, но у нее не было выбора – выпускать её из кольца рук я не собирался. – В баре ты была другой.

– Ты тоже был другим, – парировала, откинула голову назад, глядя на меня из-под ресниц. Легкая улыбка тронула пухлые губы, и я склонился к ним, не сумев побороть желание её поцеловать. – Не таким, как в душе…

Воспоминания о совместно принятом всколыхнули нервы, и я понял, что у меня снова встал.

– Не уходи от темы.

Её взгляд на долю секунды изменился, и мелькнувшая в нём затравленность напрягла. С минуту на балконе царила тишина, нарушаемая лишь выдыхаемым в небо дымом, а потом малышка заговорила.

– Ты напомнил мне одного человека. При свете, в баре, сходство было не так заметно, но потом, в темноте я поразилась, как ты на него похож.

Когда мы шли в такси. Любопытно.

– Бывший?

Пожала плечами, раздраженно поджимая губы.

– Можно и так сказать.