48 часов

Открыв бардачок откинула в сторону пару пачек салфеток и очки. Книжка, инструкция, талон ТО, страховка, дерьмо, дерьмо… Ничего стоящего.

– Сегодня не могу, завтра заезжай. – До меня донеслись разговоры, а потом в поле зрение показались две фигуры. Мужчины вернулись и встали неподалеку, о чем-то переговариваясь у капота. Рыжая башка Сиплого склонилась к тачке, он плюнул на крыло и начал оттирать какой-то коцик. Фу, мерзость.

Я вышла из машины и, поздоровавшись с нашим подельником, вопросительно посмотрела на Сашку.

Сиплый, опомнившись, крикнул мне в след. Чем несказанно удивил. Он-то откуда знает?

– С днюхой, слыш?

Ну спасибо, хули.

Глава 5

День Х. Побег.

Добралась до дома только к утру. Телефона в карманах не оказалось. Вероятно, мобила выпала, когда я ехала в машине с этим…

Либо когда боролись на улице.

Как бы там ни было, моё время пошло и нельзя терять оставшиеся часы. Но голосок внутри моей башки подсказывал: он все равно меня найдет и убьет.

Сашка рассказывал мне об этом человеке. Но еще больше я почерпнула из слухов.

Андрей Черняховский. По прозвищу Чёрный.

Никогда раньше не видела его в лицо, но, должна признать, он соответствует моему представлению о безжалостном авторитете нашего города. Поговаривали, что сидел. И что на его счету числилось несколько убийств. Говорят, еще в армии одного прирезал. Но это не точно.

Дверь гаража скрипнула под напором моего тела и отворилась. Я ступила в помещение, пропахшее маслом, и бегом скользнула на второй этаж. Железная лестница с решетчатыми ступенями дребезжала, когда я поднималась. Этот звук эхом разносился по просторному гаражу, отдаваясь в ушах как удары гонга.

То, что двери были открыты, меня не удивило. Удивила лишь роза на столе, а рядом записка. Я скомкала белый лист, и словно завороженная уставилась на цветок. Красный, еще не распустившийся бутон на изумрудном стебле с шипами.

Это отрезвило. Я бросила цветок на пол и со всей силы ударила по нему тяжелой подошвой. Лепестки измялись. Удар, другой…бутон отпал от стебля, но я продолжала яростно вдалбливать ни в чем неповинное растение.

48 часов.

Он знал, где я живу.

И напомнил о себе.

Значит, пора уходить отсюда.