Экспресс на 19:45

 – Мы учились удалять сердце.

Некоторое время все молчали, уставившись в тарелки.

– Больше ничего не могла рассказать, Перл? – с отвращением поинтересовалась Стелла.

– Ого! – отозвался Чарли. – Узнала что-нибудь новенькое?

– Ну, – протянула Перл. – Я была не в восторге от лабораторной. Но она оказалась не настолько отвратительной, насколько я думала. На самом деле довольно увлекательный процесс. Разбираться в механизме, скрытом под нашей кожей. Мы почти не задумываемся о том, как работают наши внутренние органы, понимаете?

Чарли одарил ее широкой понимающей улыбкой.

– Ну вот, испортила мне аппетит, – скривилась Стелла, поднимаясь из-за стола.

– Сядь, – попросил Чарли.

Перл слегка вздрогнула и глянула на мать. Он произнес это нежно, умоляюще. Но Стелле не нравилось, когда внимание собеседника не было приковано к ней. И она терпеть не могла, когда ей указывали, что делать, – особенно когда ей указывали мужчины.

– По-моему, Перл просто пытается нас шокировать, – с ухмылкой объяснил ей Чарли. Повисшее в комнате напряжение схлынуло.

Перл не ожидала, что Стелла так легко сдастся и снова усядется за стол, бросив на нее только удивленно-раздраженный взгляд.

– Извини, – буркнула она, гоняя по тарелке кусок курицы.

– Сегодня я вынула из мышеловки в кладовке мертвую полевку, – процедила Стелла. – И это было ровно настолько отвратительно, насколько я и предполагала. Достаточно шокирующе?

Чарли накрыл руку Стеллы своей рукой.

– Тебе больше не придется заниматься ничем подобным, Стелла, – пообещал он. – Теперь это мои заботы.

– Спасибо, Чарли, – мурлыкнула она необычайно мягко и искренне. Он определенно был другим.

Перл помогла Чарли вымыть посуду, а Стелла занялась бухгалтерией.

– Забавный ты ребенок, Перл, – усмехнулся он, перехватив ее взгляд, и, постучав пальцем по виску, добавил: – Умная.

Перл привыкла быть невидимкой. До этого момента она даже не подозревала, как это приятно – когда тебя замечают.

Глава шестая

Селена

Ее собственный дом казался ей чужим. Она въехала на подъездную дорожку и так и осталась сидеть в тихо урчащей машине.