Змея и Паук

 – Ни одно моё слово не убедит тебя в том, что стоит подчиниться им.

– А ты в это веришь? В то, что единственный верный путь – страдания? – неожиданно даже для самой себя спросила я.

Девочка промолчала. Она была не очень разговорчивой.

– Я не верю. Не хочу в это верить. Не хочу становиться чем-то другим, получать удары или ходить по этим длинным и жутким коридорам, – упрямо заявила я.

– Может тогда стоит умереть? – поддержала тему она.

– Ты можешь дать мне обещание, что тогда больше не будет больно? – отчаянно спросила я.

Наши взгляды пересеклись, и я прочитала в е? глазах ответ. Она не была уверена в том, что говорила. Я снова улыбнулась. Эта девочка мне нравилась.

– Ты странная, – неожиданно сказала она.

– Спасибо. – Усмехнулась я. – Раз не собираешься рассказывать про их Бога, то, может, расскажешь про себя? Ты же тоже ведьма, но на тебе нет цепей и рядом не ходят надзиратели. Почему?

Девочка ненадолго задумалась о том стоит ли вообще мне что-то говорить. Я молчаливо ожидала итога е? размышлений.

– Я сама плохо ещё в этом разобралась. Не так давно я сидела в камере рядом с другими нашими. Приступы у меня случаются редко, хотя мне уже, по их мнению, слишком много лет, поэтому меня перевели к роженицам. Они вынашивают новых ведьм, – в итоге не очень понятно сказала она.

– И тебя это устраивает? – скривилась я.

Девочка снова задумалась, а потом на е? лице промелькнула тень улыбки.

– Я хотела спросить, есть ли у меня выбор, но твои поступки говорят сами за себя.

– Может и не так же, но что-то точно можно поменять. – Я широко улыбнулась ей.

Девочка замерла. Я почувствовала себя странно: с ней мне было очень комфортно. Будто мы в чём-то сходились, а в чём-то сильно разнились. За этим интересно наблюдать, и я была точно уверена в том, что она поняла то, о чем я говорила. Меня ещё никогда никто не слушал настолько внимательно. Хотелось поговорить с ней подольше, но дверь в мой коридор открылась и раздался голос надзирателя:

– Номер 27, на выход, – гаркнул он.

Девочка вздрогнула, очнувшись от наваждения. Я снова ей улыбнулась, и она ушла, оставив меня наедине с мыслями и болью.

Глава 5

Змея

Я оказалась права. Та девочка самая странная из всех, кого я когда-либо видела, однако это было не из-за цвета е? глаз. Она скорее другая внутри, потому что думала иначе, чем все остальные.