Наложница. Жизнь на цепи

Кропотливая работа, требующая сноровки и внимательности. Малейшая ошибка могла обернуться гневом Богов, что по приданию спускались с небес и вкушали яства земли. Обычно, те кто занимался подготовкой главного пира имели преимущества над остальными, им выдавали больше денег на закупки и всячески помогали в организации. Однако Сяомин стала исключением, на неё просто свалили всю работу и покинули с мешочком монет.

Ругаясь и гневно пыхча, девушка страдала над залом. Её голос охрип от криков, без которых служанки не хотели выполнять работу.

Спина и ноги болели, а руки тряслись – многочасовые забеги между дворцами давали о себе знать. По ночам она тихо плакала в подушку, выплескивая усталость. Главная супруга не зря ехидно улыбалась, поручая заботы пира Сяомин. Великая честь, как же, обычное наказание, завернутое в шелковую обертку.

Изредка, в редкие моменты передышки, девушка посещала новеньких наложниц. Наблюдая издалека за их обучением, она скрипела зубами и стискивала подол ханьфу. Несколько новеньких уже перекочевали на сторону простых служанок, и теперь драили полы Холодного дворца.

Из хищниц осталась лишь одна – наложница Сэ, получившая в первый день наказание за поведение.

Отчасти Сяомин возлагала на неё надежду, именно эта строптивица разделит ложе с Повелителем в ночь Единства. Приказ не может быть нарушен, несмотря на жгучее желание девушки разогнать весь гарем. Главное, чтобы Мэйлин не выгнали раньше положенного, а то проблематично найти такую горячую даму. Даже наказания, которые регулярно отхватывала Сэ, не ломали её характер.

Если не будет глупой, сможет далеко продвинутся и зажить припеваючи.

Когда до фестиваля оставалось два дня, Повелитель вызвал Сяомин к себе. Идя к дворцу Нефритового дракона, девушка куталась в тонкий плащ. Ночи с каждым днем становились всё холоднее, чаще ветер приносил запах дождей и сырости. Лето неотвратимо заканчивалось, как и подготовка к празднику. Это первый раз с момента прибытия новеньких, когда Сяомин позвали в покои Юйлуна. Возможно он понимал, что она занята и не сможет уделить ему должного внимания.

Либо же её присутствие более не вызывает в нем чувств.

Казалось, все вокруг злорадствовали и потешались над Сяомин. В каждой улыбке она отчетливо видела насмешку и это раздражало, до стиснутых зубов. Её отставка стала темой шепотков за спиной, служанки и наложницы делали ставки кто же займет место любимицы Повелителя. Это своеобразная игра, спорт, вносящий разнообразие в скучную жизнь гарема.