Обратимость

Мне не составляло труда определить, что он все еще чем-то взволнован и ведет более активную деятельность, видимо, пытаясь решить то, что его мучило. Его волнение, как лихорадка, передавалось и мне с той разницей, что мне оно доставляло гораздо большие мучения, как вторичный синдром, потому что я не знала, от какой болезни умираю и, соответственно, чем ее лечить. Из глаз от бессилия потекли скупые слезы. Я всем сердцем стремилась к ним, но меня не пускали.

– Я к вам по поводу последней просьбы, надеюсь, вы помните какой, – сообщила я на следующий день, войдя в кабинет к директору, исполнившись решимости, – стоит ли рассчитывать на то, что можно и далее продолжать надеяться на ваше положительное решение?

– Стоит, – как-то задумчиво нехотя ответил Баррон, не глядя на меня.

Он что-то искал на столе или делал вид, что ищет. Я решила не мучать его своим присутствием и добавила:

– В любом случае, если вы меня допустите к ним, я, возможно, смогу ответить на многие ваши вопросы, значительно облегчить вам жизнь при этом, не прибегая к тем средствам, которых вы опасаетесь.

Если я пойму, что не могу быть полезной, то непременно дам знать об этом и отступлю добровольно.

Баррон, все еще не глядя на меня, закивал головой и ответил отстраненно:

– Да, да, да. Конечно.

Во мне взметнулось негодование от такой пренебрежительности к просьбе и ко мне самой. Однако Баррон не реагировал, и, чтобы не расстроиться окончательно, я развернулась и спешно вышла из кабинета.

Ближе к вечеру пришел Легран. Пелена с его взгляда спала и более того он очень тепло поздоровался со мной и с Крисой.

Не знаю, какой взгляд он посвятил ей, но на меня он посмотрел внимательно и изучающе. Он немного задержался возле наших столов, словно желая сказать еще что-то. Криса не обратила на него внимания, в то время как я смотрела выжидающе в его лицо, почти не моргая.

– Странный человек. – пробубнила я, когда его крепкая фигура скрылась за дверью.

– Они, мистики, все такие. Все со странностями. Каждый раз ведут себя по-разному и вообще часто говорят странные вещи.

С ними надо много общаться, чтобы привыкнуть к их стилю и воспринимать все без удивлений.

Тут в голову пришла мысль.

– А он не ясновидящий случайно? Или маг, может быть?

– Все может быть, – отстраненно ответила Криса, – если он имеет дело со сверхъестественным, то почему бы ему не уметь читать в головах других? Вполне возможно этот дар часть от его обязанностей.

– Легран видел Керранов? – не унималась я.