Наследие

Люцифер, Мефистофель и Саламандра сидели на зубцах башни Сатаны, привычно распивая алкоголь и обсуждая проблему Люцифера. С башни было видно все Царство и дорогу к Академии Небада, убегающую вдаль. Солнце медленно опускалось за горизонт. Принц щурился от его ярких лучей.

– Это почему же?

– Да первая же демон, которой ты это предложишь, растрезвонит всему миру новость. И будут за тобой ходить толпы алчущих власти суккубов, демонов и прочих существ женского пола, – рассудила Сал.

– Можно выбрать человека, – предложил Меф.

– Ага, хрен кто согласится выносить ребенка дьявола, в свете современной массовой культуры. И еще на земле – культ Йевана. Там куда опаснее, – парировала его Сал.

– Ну, Сал, ты просто не оставляешь мне выбора, придется заделать ребеночка тебе, – невозмутимо произнёс Люцифер. – Ты же будешь держать язык за зубами?

– Вот уж нет! – возмутилась Сал. – Очень надо, становиться мишенью Лилит.

– Эх, Сал, упускаешь такую возможность, – вздохнул Люцифер.

Демон картинно поклонилась ему и сделала глоток из своей бутылки. Люцифер задумчиво смотрел вдаль, на закат. Отец говорил, что мать не важна. Но для него – это было важно. Как минимум потому, что целый год внимание всего Царства будет приковано к выбранной им особи женского пола. На ум, как назло, не приходил никто достойный. Через его постель прошла огромная вереница демонов, но ни одну он не мог представить рядом с собой в течение года. Перебирая в уме все возможные кандидатуры, он не сразу услышал голос Мефа:

– Эй! Люций! Что на счет Химеры? Она на Земле, это ее шанс вернуться в Ад.

Она будет счастлива.

– Да любая будет счастлива, – сморщил нос Люцифер. – Я же принц Ада.

Сал закатила глаза.

– Ну ладно, если будет совсем глухо, обращайся. Но я навсегда разочаруюсь в тебе.

Люцифер показал ей средний палец, и все трое расхохотались. Проблема, однако, оставалась нерешенной. Меф и Сал по очереди предлагали кандидаток, дьявол же методично всех их отвергал.

На ум не шел никто, кто был бы хотя бы отдаленно равен Лилит. Но Люцифер никогда бы нее признался друзьям, что мысленно всех сравнивает с ней. Хотя по взгляду Саламандры ему казалось, что она видит его насквозь. Черт, не была бы Лилит такой опасной – ее мечта сбылась бы. Из высокопоставленных демонов женского пола оставалась только Ламия – но она точно не подходила на эту роль, со своей способностью к бесконтрольному воплощению.