Рядом с тобой

Да, мои слова лишь подталкивают их к действиям, но я так устала это теперь, и раз уж получать, то почему бы не высказать все?

После этих слов, как и предполагалось, последовал сильный удар по лицу, отчего у меня пошла кровь из носа. Затем последовал другой удар, третий… С каждым разом сила удара лишь возростала, а силы все больше покидали меня.

В какой-то момент я все же не выдержала: закричала. Начала кричать так громко и долго, как могла. Помощи все не было, и я уже потеряла надежду на то, что кто-нибудь сможет мне помочь.

Не знаю, сколько прошло времени, но кричать я уже не могла. Я перестала чувствовать свое тело, реагировать на окружающие звуки и происходящее в общем. Я вот-вот потеряю сознание. Последнее, что я заметила, прежде чем окончательно отключиться: то, что на мои крики кто-то все-таки пришел.

МАТВЕЙ

Я ехал домой после важной рабочей встречи. Устал, как собака, отпуск, а все равно приходится таскаться куда-то. Окна в салоне открыты полностью, задувает прохладный осенний ветерок, любимая музыка не играет.

На улице, как ни странно, тишина. Настроение так себе, хочется побыстрее оказаться дома и лечь спать, но не тут-то было: вдруг, нарушив умиротворяющую тишину, откуда-то раздался громкий девчачий вопль – душераздирающий, доводящий до мурашек, протяжный крик.

У меня сначала была мысль просто проехать мимо, мол: мало ли чем ребятки там занимаются. Сейчас подростки часто ходят на всякие разборки от нечего делать, так чего лезть?

– Но отец учил тебя другому, – твердил внутренний голос.

 – Помогать, Матвей, нужно помогать тем, кто в беде, слабым.

И я не смог уехать.

Заглушил двигатель авто и кое-как припарковал у обочины, после чего быстрым шагом направился к месту, откуда доносился крик, прихватив с собой биту, валявшуюся в багажнике на всякий случай. Вот он, тот самый. Придя на место, а именно: в темный, довольно жуткий переулок, втиснутый между домами так, что с трех сторон были стены, а посередине пустое место (и для чего оно вообще?), я увидел нескольких подростков, на вид напоминающих типичных гопников, столпившихся над несчастной девушкой, которая буквально прижата к стене, а сама сидела на холодном асфальте, забитая и напуганная… Она сквозь слезы просила отпустить, умоляла прекратить издеваться, но никто не слышал ее слов, вернее, слышал, но не слушал.

Кто-то смеялся, кто-то просто стоял рядом и наблюдал за происходящим, кто-то снимал все на камеру.