Хроники: аквилон

Помнишь, когда мы впервые встретились, я был не в лучшей форме. Демоны изгнали, среди людей не прижился. Бла – бла – бла.

– Для демонов в тебе слишком много света, а для людей – тьмы.

– Ой, смотрите-ка на неё, прям Шерлок, – он потрепал её за щёку и встал, – если ты не хочешь провести со мной лучшие часы в своей жизни, то не мешай. Мне надо отоспаться. Ночка была зверская.

– Придурок ты, делать мне нечего таскаться за тобой.

– Десять лет уже ломаешься. Переспим разочек, и я успокоюсь, – добавил он, поднимаясь в свою комнату.

Чаще всего Эша можно было застать в игривом настроении: он шутил, пошлил и был собой, но Лана видела его другим. Этот парень постоянно волновался за тех, кто был рядом, считал своей обязанностью защищать их. А когда говорил, что зависал с девчонками до самого утра, на самом деле охранял периметр. Все это знали, но молчали.

Глава 2. Побег

Дом располагался в лесу. Построили по специальному заказу Эша. Он, как и любой демон, в два счёта находил деньги на любые свои нужды.

Подстраиваться она научилась ещё в детстве, когда родители заставляли её выглядеть нормальной. А как можно этого добиться, если ты ветер, да ещё и северный? Южные мягче, у них характер такой, что скажешь, то и сделают. А с северными не прокатит, хотя подобных себе она ещё ни разу не встречала.

Лана боролась за свободу каждый день, а когда сил не осталось – сбежала. Последней каплей стали поиски других стихий. Отец говорил, что нужно их обязательно контролировать. Глава общины, суровый двухметровый мужик с седой бородой и чёрными кудрявыми волосами. Лана редко видела его с улыбкой. Как ей исполнилось три и проявились силы, отец превратился из добряка и любимого папочки, в монстра. А вот с Виктором он вёл себя иначе: играл, шутил, учил всему, что знает сам.

Но принимала её только старая карга Сильва, она всю жизнь посвятила общине. Стихия земли. Душевная, рядом с ней становилось уютно. Она обладала даром убеждения. Никто не мог устоять, все выдавали свои секреты. Дар старухи ценили, а вот её нет. Лана боялась, что и сама она проживёт такую же бесцельную жизнь.