Поцелуй среди песчаных дюн

– Не раньше, чем ты расскажешь мне, с какой стати так вырядился. – Она выразительно взглянула на его рабочую одежду.

Себ улыбнулся.

– Это длинная история. Как насчет того, чтобы сначала показать мне магазин? А потом я продемонстрирую тебе соседний и все объясню.

– Ну уж нет, – отрезала Мила. – Сначала покажешь ты – потому что я сгораю от желания узнать, с какой стати международный консультант по вопросам информационных технологий вдруг стал перестраивать соседний магазин.

– Что ж, – сдался Себ, расплываясь в улыбке, – это все по твоей вине, Мила.

– По моей вине? – Она изумленно ткнула себя в грудь.

– Так и есть, – заверил он и, схватив Милу за руку, повел ее к входной двери. – Что ж, пойдем.

И похоже, настал тот редкий случай, когда Мила Молинье совсем утратила контроль над ситуацией.

И Себу это понравилось.

Глава 2

Рука Себа ощущалась как-то непривычно.

Не грубо или что-то в этом роде. Просто… Мила не знала, как описать. Крепче? Словно это неожиданное превращение из заумного ботаника-айтишника в заправского рабочего произошло довольно давно.

Хотя… Откуда она вообще взяла, что это было непривычно? Сколько времени прошло с тех пор, как он держал ее за руку? Даже просто прикасался к ней?

Годы.

Вечность.

Пока Себ вел ее в соседний магазин, Мила пыталась вытряхнуть эти глупые мысли из головы. В конце концов, она бросила думать о его прикосновениях много лет назад.

– Клянусь, Стеф, он мне не нравится, совсем не нравится! Все в порядке.

Тринадцатилетняя Мила сумела выдавить из себя широкую улыбку, хотя не решалась встретиться взглядом с лучшей подругой.

Они сидели, поджав под себя ноги, на кровати Стеф, разделенные горкой взятых напрокат видеокассет, которые ожидали запланированного на всю ночь киномарафона.

– Уверена? – спросила Стеф. – Потому что…

– Да! – настойчиво бросила Мила. – Он – всего лишь мой друг. У меня нет к нему… романтических чувств. Никогда не было и никогда не будет. Обещаю…

Теперь же он, явно не придавая значения этому прикосновению, отпустил ее ладонь.

Миле требовалось время, чтобы все осмыслить.

Прошло больше шести месяцев с его памятного имейла – в котором он недвусмысленно дал Миле понять, что не стоит больше выходить с ним на связь. Он заблокировал ее и «раздружился» с ней во всех соцсетях.