Поцелуй среди песчаных дюн

Подняв взгляд, Себ увидел Милу, решительно шагавшую по дорожке, уткнувшись в экран мобильного. Подойдя ближе, она подняла глаза и, на миг встретившись с Себом взглядом, поспешила снова их отвести.

И тут Мила снова посмотрела на него, так, словно только что его заметила, и остановилась.

– Я и не увидела тебя там, – сказала она.

Себу вдруг показалось, что, заметь его Мила раньше, она наверняка ускользнула бы через заднюю дверь своего магазина. Себ расстроился. Почему она избегала его?

Он оттолкнулся от стены и расправил плечи, смущенный тем, что Мила могла уловить владевшие им смятение и печаль.

– С тобой все в порядке? – спросила она.

– Конечно.

Мила подошла ближе, потянулась к нему, положив пальцы чуть выше его запястья. Холод ее руки пронзил нагретую солнцем кожу Себа.

– Знаешь, что я нашла вчера вечером? – сказала Мила, когда он сфокусировал взгляд на ее ногтях, покрытых темно-красным лаком. – Тот фотоальбом, который Стеф сделала после нашей поездки на Бали, когда нам было лет по двадцать.

Себ кивнул, вспомнив, как они отправились на отдых с компанией их со Стеф друзей из универа. Мила в то время бросила очередную учебу, но, разумеется, поехала с ними, – как, впрочем, и всегда.

– Помнишь парня, с которым я встречалась? Из Мельбурна? – засмеялась она. – Такое ничтожество!

Она тут же посерьезнела, покачав головой:

– Вчера вечером мне захотелось увидеть Стеф – увидеть ее счастливой, с тобой и… мм… со мной, конечно.

Мила заговорила оживленнее, и Себ наконец-то взглянул ей в глаза. Она казалась выше – наверное, за счет туфель на каблуках – и стояла гораздо ближе, чем он ожидал.

– Я улыбалась, вспоминая ее. И плакала. – Ее пальцы крепче сжали его руку, словно ища поддержки. Мила не сводила с Себа своих огромных голубых глаз. – Я пытаюсь сказать, что это все – со мной. Те моменты. Минуты. Часы.

– Дни…

Но он осекся, удержав себя от перечисления остального: недели, месяцы… Потому что осознал: это неправда.

Мила тоже поняла это.

– С тобой все в порядке? – снова спросила Мила.

Он кивнул. Волна горя, вины и потери схлынула.

Мила все еще сжимала его руку. И оба, похоже, только сейчас осознали это. Теперь ее прикосновение ощущалось иначе, не холодное и не успокаивающее. Ее пальцы ослабили хватку, но остались на месте.

Ее глаза, казалось, немного замерцали, скользнув по его лицу.