Живая

Разумеется, его надежда увидеть беглецов была напрасной.

– Господин и его леди, – благоговейно прошептали губы Гюнтера. Его внутренняя сущность – душа – чувствовала это с самого начала, а разум понял слишком поздно. Ах, если бы он вспомнил их раньше!

Любящее сердце Марты почувствовало приближение Карла за несколько часов до его прибытия. Женщина встала с постели еще затемно, задолго до первого крика петухов, и вышла во двор. Тонкая шаль не спасала от пронизывающего ветра, а в утренней дымке сумерек дороги почти не было видно, но Марта не собиралась возвращаться в дом прежде, чем муж вновь окажется в ее объятиях.

Она чувствовала, что ей осталось ждать совсем немного.

И вскоре на двор действительно въехали двое всадников. Изумленно округлившимся глазам Марты предстал не только ее муж, но и незнакомая женщина. Она спешилась первой, сбросила с головы капюшон – ветер растрепал короткие огненно-рыжие пряди – и прошла мимо Марты к дверям дома, у которых застыла, будто изваяние.

– Это моё чудесное творение, познакомься, – горделиво усмехнулся Карл и тоже спрыгнул с коня.

 – Я назвал ее Зои, что по-гречески значит «живая».

Марта растроганно пискнула и бросилась в объятия мужа, решив, что остальное подождет. Несколько секунд женщина грелась в кольце рук возлюбленного, затем нехотя отстранилась. Хозяйка и гости зашли в дом, и Марта, тут же запалив свечу, с любопытством принялась осматривать Зои. Карл с самодовольной усмешкой наблюдал за женой.

– Она прекрасна, – восхищенно выдохнула Марта.

 – То есть… она чудовищного роста, но в остальном она неотличима от нормального человека. Как тебе удалось создать такое совершенное существо?..

Карл смущенно потер подбородок.

– Милая, я… я не знаю.

Марта обернулась. Ее хорошенькое лицо исказило крайнее изумление.

– Что ты имеешь в виду?

Алхимик с досадой махнул рукой. Он действительно не имел ни малейшего понятия, как создал гомункула. Сколько он себя помнил, Зои всегда была рядом с ним. То есть, разумеется, он сотворил ее – это знание было таким же твердым, как и то, что его сердце бьется, а легкие перерабатывают воздух, но вызвать перед глазами картины прошлого, которые объяснили бы появление Зои, Карл не мог.

Как ни старался. Его память вообще не была ясной, и алхимик даже опасался ее бередить лишний раз: быть может, что-то в опытах пошло не так, потому он забыл так много мелочей из прошлой жизни?

– Что ж, ладно. – Марта вздохнула. – Но, знаешь, мне тоже кое-что следует тебе показать.