Живая

 – Ты все еще не думаешь, что это судьба?…

– Что?

Она уронила пальто на тумбочку, развернулась к нему, посмотрела в глаза. Из-за несколько тяжелых век взгляд Зои часто казался каким-то отрешенным, безразличным. Иногда – презрительным.

– Что-то между нами.

Она промолчала.

– Что, если это судьба?..

– То, что мы вместе убивали монстров? – Зоя вспомнила недавние слова Хэвена о том, что ее спутник что-то скрывает… Но он, судя по всему, собирался говорить не о магии, прошлом или Клариссе. Странный, мечтательный мальчик, чего-то ждущий от нее.

Забыв о пальто, девушка фыркнула и хотела уже было пройти в гостиную, но Айкен не дал ей этого сделать. Его ладонь уперлась в стену перед лицом Зои.

– Ты все время говоришь о судьбе, о предназначении, еще о чем-то, – она покачала головой. – Очнись же.

Айкен втянул носом воздух.

– Сколько времени у тебя не было секса?

Зоя вскинула на него взгляд.

– Не помню.

– Так давно?

– Не знаю. Я не помню всего, что было раньше двух дней назад.

– Но я слышу, как бьется твое сердце, – рука Айкена легла на грудь Зои чуть ниже ключиц.

Девушка хмыкнула.

– Это твое.

И Айкен вздрогнул. Под его рукой действительно ничего не стучало.

– Если ты разрешил мне остаться в твоем доме только для того, чтобы соблазнить, то, пожалуйста, дай мне уйти. – Зоя вывернулась из-под его руки и направилась в гостиную.

Глава седьмая

Хороший «Магнум-357» трудно достать в наши беспонтовые дни.

Хантер С. Томпсон, «Страх и отвращение в Лас-Вегасе»

Зоя проснулась от запаха табака.

За секунду до того, как полностью вынырнуть из дремы, девушка успела сообразить, что сигареты Айкена пахнут иначе, и выхватила из-под подушки мачете. Спустя мгновение она поняла, что черное лезвие ножа подрагивает в миллиметре от шеи Клариссы. Впрочем, саму женщину этот факт нимало не заботил: она вынула изо рта тонкую сигариллу в длинном мундштуке, стараясь рукой в перчатке не коснуться мачете Зои, и выдохнула тяжелый дым прямо на девушку. Зоя скривилась и снова откинулась на подушку. Руку с ножом она завела далеко за голову, так, чтобы та свешивалась с дивана.

– Я бы сказала, что ты теряешь хватку, – промурлыкала Кларисса. – Если бы не знала, что на самом деле, напротив, пытаешься восстановиться.

– Раз ты уж об этом заговорила, может, возьмешь на себя труд объяснить, кто такой Габриэль? И о чем в отношении меня он должен был позаботиться, – одеревеневшими со сна губами пробормотала Зоя. – И еще Хэвен.