Зефир

Я помогу тебе разобраться с делом, и тогда Эфил от тебя отстанет.

Это было настолько нелепое заявление, что Илия перестал орать и сдавленно хохотнул. Он обернулся посмотреть, вдруг Деметриус все-таки шутит, но тот так и излучал самодовольство.

– Ты поможешь мне разобраться, Деметриус? За то время, что ты здесь прожил, я успел уяснить, что ты даже мусор вынести не в состоянии.

– Кто угодно в состоянии вынести мусор.

– А вот вам королевская кровь жмет.

– Ты полегче. Не забывай, что я все-таки твой начальник.

Илия ударил кулаком по кафельной стенке.

– Когда начальник начинает вламываться в душ, подчиненный имеет право на некоторый протест.

Готовясь возразить, Деметриус открыл было рот, демонстрируя пирсинг в языке, но Илия прорычал:

– Выходи. Проваливай. Уматывай. Катись отсюда. Дошло?

– Ты был таким лапочкой. Тебя стало не узнать, – бросил Деметриус напоследок.

– Если еще кто-нибудь скажет, что меня стало не узнать, я куплю себе значок с именем.

Когда Илия вышел из ванной, Деметриуса в квартире не было.

– Видишь, я смог выбросить мусор, – самодовольно объявил Деметриус, появляясь на пороге.

– А ведро где?

Улыбка Деметриуса резко поблекла.

– А, его не нужно было выбрасывать…

Чувствуя, что, если не прервать все это, он закончит не только безработным, но и обвиняемым в убийстве, совершенном с особой жестокостью, Илия махнул на Деметриуса рукой и пошел спать, хотя еще даже не стемнело.

Деметриус громыхал в кухне, судя по звукам, демонтируя кафельную стену и двигая холодильник. Серый вечерний воздух за окном начал синеть. Деметриус пошел принимать душ, сопровождая процесс громким вопиюще бездарным пением. Илия встал, выпил таблетку от головной боли и лег обратно, накрыв голову подушкой.

– Как мне уснуть, когда такие проблемы? – громко вопросил закончивший водные процедуры Деметриус, бухнулся на свой матрас у противоположной стенки и моментально отрубился.

Илия не спал. Он взял в кровать пепельницу и сигареты, надеясь, что потакание вредной привычке поможет ему успокоиться. Не помогало. Тревога висела над ним пологом изжелта-серого тумана. Он уже понимал, что его жизнь кардинально изменится, но это было горькое осознание человека, пришедшего в себя после аварии и обнаружившего недостаток конечностей.