Наречённая ветра. Книга вторая

 – Я бы предпочла управиться до возвращения Инослейва. В конце концов, мы пришли избавить брата от жалкой человеческой привязанности, а не драться с ним. Ларишаль, начинай!

Богиня северного ветра говорила с родичами так, будто имела право приказывать им. Впрочем, Эвинол меньше всего волновала иерархия ветров. Все ее существо было охвачено жадной жаждой жизни. Не страхом смерти, а именно непреодолимым стремлением жить. Если она чего и боялась, так лишь того, что Инослейв, вернувшись, обнаружит «ее бездыханное тело, из которого Ларишаль высосала жизнь».

При мысли о том, как ему будет больно, Эвинол испытывала настоящий ужас. И почему она не позволила ему запереть комнату и забрать с собой ключ?

О, если бы он только сейчас вернулся! Даже если он не сможет отбить ее у ветров, то хотя бы будет рядом, когда…

Хорастер легко, как тряпичную куклу, подхватил Эви под мышки. Ее ноги по-прежнему касались земли, но она совсем не ощущала собственного веса. Ларишаль, как и в прошлый раз, обхватила запястье Эвинол, глубоко впиваясь ногтями.

– Ну что, сладенькая, готовься воспарить к вершинам наслаждений, – проворковала она. – А бедной Ларишаль придется помучиться. Ну ничего, оно того стоит.

– Хватит болтать, – сурово оборвала Тантарин. – Делай, что должна.

И Ларишаль начала. Все было, как в прошлый раз. Почти. В отличие от первого покушения, сейчас Эвинол четко осознавала, что с ней происходит. Блаженство заполняло до краев тело и душу, но при этом ей вовсе не хотелось отдать жизнь за Ларишаль.

Теперь это не казалось ей правильным и мудрым. Напротив, сквозь волны невыразимого счастья Эвинол ощущала истинную ненависть, осознавая, что ее убивают, пусть и довольно приятным способом. Видя, как красивое лицо богини южного ветра искажается мукой, Эви испытывала мстительное удовольствие.

– Что происходит? – кусая губы, простонала Ларишаль. – Она должна давно уже кататься по земле, а не глазеть на меня!

– Отойди, – велела Тантарин, оказавшаяся рядом. Чуть ли не отпихнув Ларишаль, которая была на голову ее выше, богиня северного ветра взяла руку Эвинол.

Пальцы у нее были ледяные, а взгляд – жуткий. За эту бестию умирать хотелось еще меньше, чем за змеюку Ларишаль. Однако Эви пока и не умирала. Она по-прежнему испытывала удовольствие, но оно походило на волны, что накатывают на утес, полностью накрывая, не в силах сдвинуть его даже на дюйм. Твердо стоя на ногах, Эви позволила себе рассмеяться в лицо страшной Тантарин.