Поцелуй меня [до] смерти

И от этой мысли ей стало легче: он пострадал, но жив, а она облегчит его муки, и будет правой рукой Дэвида, если понадобится. Рокси даже улыбнулась, думая о том, как станет дежурить ночами у постели Тавелла.

О Боже, подумала она, тая внутри от страха, однако уже иного рода, чем едва ли десять минут тому назад. О Матерь Божья, я ведь люблю его!

Рокси обернулась, глядя на Тавелла. Он спал, дыша уже свободнее и легче. Лицо расслабилось, мужественные губы надулись, как у младенца.

Да, уже смело и уверенно сказала себе Рокси, я люблю его, по-настоящему люблю.

Остальные в лагере были заняты не столь возвышенными вещами, как мечты о любви. Пока Роксана пыталась сотворить пристойный обед из сухпайка, Дэвид проводил повторный осмотр пациента.

Тавелл выглядел… плохо. Лучше, конечно, чем обычный человек в той же ситуации, но и не так обнадеживающе, как Дэйву бы хотелось.

Знахарь поднял свою руку к лицу и, прищурившись, взглянул на нее, точно мог увидеть волшебство на коже или под нею.

Что с ним? Нет, в действиях он не сомневался. И что наложил чары верно, тоже. Но колдовство будто бы подействовало вполсилы.

Проблема ли это? И в чем причина?

Дэйв снова перевел взгляд на напарника, тяжело вздыхая.

– Мы поставим тебя на ноги, дружище.

Дэйв усмехнулся. Может, не пара-тройка дней, как он надеялся, а неделя, но Тавелл будет в порядке. Поднимаясь с корточек, Дэвид сунул руки в карманы и вздохнул. Хорошо бы ему было переодеться, а то после всех забот он так и оставался во вчерашней рубашке.

Теперь не только несвежей, но и попросту грязной. Пусть он был врачом только с магической точки зрения, однако привычка к стерильности выработала в нем определенную опрятность. Сейчас он, по крайней мере, был как раз настолько трезв, чтобы жаждать ее.

– У нас проблемы?

Дэйв вздрогнул и развернулся. Кандида подкралась так тихо, что он ее не слышал.

– Никаких проблем, кроме… очевидных.

Кандида улыбнулась, но улыбка не дошла до глаз. Дэвид в очередной раз задумался, видит ли кто-нибудь кроме него, как очевидно она актерствует.

– Раз так, хорошо. А то мне показалось, что тебя что-то беспокоит.

– Конечно, беспокоит: мой друг ранен! Прежде не случалось ничего такого… такого серьезного.

За вычетом самого плохого, разумеется, немилосердно напомнил Дэйву внутренний голос. По крайней мере, Тавелл не пропал без вести, как Эсди.

Кэнди развернулась и направилась прочь, но продолжая говорить с Дэйвом через плечо.