Игра в детектив. Выпуск 1

С минуту она молчала, глядя задумчиво мне в глаза, потом, вздохнув, сказала:

– Мои школьные и студенческие годы прошли в атмосфере сильной финансовой неустойчивости: страну лихорадило от реформ, причем страдали от них люди, подобные мне. Я была студенткой, и приходилось рассчитывать только на свои силы. Поэтому я знаю цену деньгам. Деньги для меня означают все: и место в обществе, и статус, и безопасность.

В этот момент из бильярдной появился Рулиссимо. Увидев меня рядом с Катей, он нахмурился, затем резко выкрикнул:

– Недоброе сегодня утро, юноша.

Можно вас на минутку.

Мы вышли на крыльцо отеля. В обтянутом кожей морщинистом черепе Рулиссимо шла напряженная работа мысли. Пустые выцветшие глазки перебегали с предмета на предмет. Молчание затягивалось. Наконец натянутая улыбка осветило лицо Рулиссимо, обнажив несколько неровно торчащих зубов.

– Знаете, что я вам скажу, юноша, – срываясь на фальцет, начал он. – Дело в том, что на счет Кати у меня есть свои собственные соображения.

Она – славная девушка, и я сразу положил на нее глаз. И вот что, юноша… не разевай роток на чужой пирожок!

Я развернулся и молча ушел.

Пообедал у себя в номере. Настроение было прескверным. Наконец дождь прекратился, солнце озарило комнату, и я отправился в горы. Вернувшись в номер после прогулки, я обнаружил свои брюки на спинке стула чистыми и отглаженными, но моя сумка была сдвинута с места. Я осмотрел ее: хотя альбом и был на месте, было очевидно – в сумке кто-то рылся… Ключ от номера находился только у хозяина отеля Хулио, и цель его поисков была мне ясна.

Я принял окончательное решение – на следующий день покинуть этот отель.

С книгой я устроился напротив камина. Постепенно мной овладело сонливое состояние, и я незаметно уснул… Проснулся от стука в дверь. Стук повторился. Подумал, что это Хулио. Что ему надо на этот раз? Почему не открывает дверь своим ключом? Возможно, проверяет дома я или нет.

Я открыл дверь и… на мгновение растерялся. В дверях стояла Катя в длинном, мягко облегающем фигуру платье глубокого и как будто мерцающего темно-синего цвета.

– Можно войти? – вкрадчиво спросила она.

– Проходите, – ответил я, чувствуя дрожь в голосе. – Проходите, присаживайтесь… в кресло…

Она вошла, неуверенно ступая на высоких каблуках, и тут я заметил глубокое декольте, низко открывающее спину девушки.