Кровавая алхимия: тайна артефакта

И она медленно подмигнула правым глазом, придерживая очки изящными пальчиками. Я не понимал, но лишь серьезно сдвинул брови, надеясь на более подробные объяснения.

– Эдита Петровна оставила шкатулку и личный дневник. – Дарья Семеновна внимательно проследила за моей реакцией. – А еще ключ от погреба в черте города.

– Погреба?

Вместе с удивлением рос интерес. Но получить в наследство от еще не почившей матери погреб? Я бы посмеялся. Абсурдность владения погребом в нашем веке соревновалась с детскими эмоциями, которые вдруг поднялись в груди.

Эта женщина бросила меня ребенком и никогда ничего не дарила! А теперь хочет, чтобы я читал ее писульки, сидя в холодной яме, давно изжившей свое предназначение?!

– Это все? – попытался придать голосу безразличия, но вышло с хрипом.

– У нее нет собственной жилплощади из-за частых переездов. Но…

– Я не о квартире, – перебил адвокатшу. – Она не хотела встретиться?

Сам не знаю, для чего это спросил. Ведь если бы хотела, не ввязала бы в дело посторонних людей.

Дарья Семеновна снисходительно улыбнулась, громко выдохнула и вытащила из папки документы. На них уже стояла подпись матери – округлая закорючка с витиеватыми хвостиками. И когда с бумагами было покончено, у меня в руках очутилась ключ-карта от банковской ячейки.

– Старушка явно перестаралась, – пошутил я, но адвокатша лишь наморщила лоб.

– Будьте бдительны. Они следят за нашей конторой, – предупредила она на прощание.

– Они?

– Вы кажетесь умным парнем, Радомир. Несмотря на весь этот эпатаж.

Ровная белая улыбка проводила меня до массивной двери, и я в недоумении обнаружил себя на улице. По блестящим бокам байка бежали ручейки, но я вбил адрес банка в навигатор и, вскочив в седло, сорвался с места.

Теперь у меня есть собственный погреб в Калининграде. Предел мечтаний.

Порывы ветра сдули мой раскатистый смех к реке. Я никогда не обижался на мать.

Может, и та девушка из паба появится на очередном перекрестке, и сама прыгнет в объятия? Объеду весь город и обязательно найду ее!

Я поддал газа и поднял Harley на дыбы.

– Да! – выкрикнул свое окончательное решение. Сказанного не воротишь, а значит, я обязан выполнить задуманное.