Броманс. Тайный клуб романтиков

Ее взгляд упал на простую коричневую бумагу.

– Мне не нужен свадебный подарок, милорд.

– Бенедикт.

– Простите?

Она выгнула бровь – лицо приняло слишком насмешливое выражение для благовоспитанной молодой дамы. Именно из-за таких неожиданных черточек, присущих лишь ей одной, он и влюбился в нее.

– Мы стали мужем и женой. Я хочу, чтобы вы называли меня по имени. – Он протянул подарок: – Примерьте.

Тяжелый вздох сорвался с ее пухлых губ.

– По какому же поводу?

– Разве мужу обязательно нужен повод, чтобы сделать жене подарок?

– Разве я не дала понять, что наш брак не будет настоящим, милорд?

– Бенедикт.

– Однако вы довольно четко определили условия нашего брака своим обвинением.

Чувство вины пронзило его, углубляя рану, кровоточащую в его сердце с того момента, как он понял, что ошибался. Но, когда он узнал правду, было уже слишком поздно. Отвернувшись от Ирены именно тогда, когда она больше всего нуждалась в его поддержке, он лишился ее доверия.

– О своей ошибке я буду сожалеть вечно, – с трудом выдавил он наконец.

– А это, по всей видимости, извинения? – спросила она, указав глазами на подарок.

– Я не настолько глуп, чтобы считать, будто могу купить ваше прощение, любовь моя. Это лишь знак моей привязанности.

Избегая его взгляда, она осторожно развернула бумагу и достала длинную бархатную коробку. Там лежала нитка рубинов и бриллиантов, которая стоила небольшого состояния.

– Милорд… – выдохнула она.

– Бенедикт, – тихо поправил он. – Вам нравится?

– Красиво. Но слишком щедро для меня.

– Пустяки. Вы графиня Латфорд. Вам пристало носить драгоценности.

– Спасибо, милорд. – Она повернулась и поставила коробку на туалетный столик. – Если это все…

От ее безупречно вежливого тона в комнате будто повеяло холодом. Как хотелось Бенедикту вернуть былой жар, жар, пылавший между ними, прежде чем он позволил своей гордости погасить его из-за единственного нелепейшего недоразумения! Бенедикт снова приблизился к ней:

– Умоляю, любовь моя! Прошу вас, дайте мне шанс все исправить.

Ее ресницы затрепетали, зрачки расширились.

– Зачем, Бенедикт?

– Ради долгой и счастливой совместной жизни.

Ирена нервно сглотнула, на нежной шее напряглась жилка.

– Увы, я больше не верю в подобные вещи. – Она прошла мимо него через комнату и остановилась у кровати.