Броманс. Все секреты книжного клуба

– «Султан» – наш фирменный десерт, в котором соединились шоколад из двенадцати разных стран, – стал объяснять Ройс. – С желе из шампанского и украшением из съедобного золота, он подается с золотой ложечкой и шариком мороженого, ароматизированного угандийской ванилью.

– Ух ты, – произнесла Гретхен достаточно язвительно, чтобы Лив мысленно записала ее в лучшие подруги. – Даже есть страшно.

– Как насчет фотографии? – предложил Ройс, вставая за стулом Гретхен, чтобы позировать.

Лив мечтала, чтобы хоть раз кто-то отказался от фотографии.

И, чудо из чудес, сегодня был тот самый день.

– О… спасибо, не нужно, – сказала Гретхен, и где-то запели ангелы. Лив беззвучно прокричала: «Ты мой новый лучший друг!»

Ройс опять дернул бровью. Женщина не только отказалась от фотографии, но сделала это на глазах у его подчиненной. О, его гнев сегодня будет страшен. Но определенно, ситуация того стоила.

Лив уже хотела поставить кекс на стол, как вдруг…

– Эй! Я тебя знаю. – Мак подался вперед, всматриваясь в ее лицо.

 – Ты сестра Теи! – И, не дожидаясь ответа, сказал свой спутнице: – Надо же! Понятия не имел, что она здесь работает. Я ведь рассказывал тебе про Гевина? Это сестра его жены.

– Рада знакомству, – сказала Гретхен. – Я пожала бы вам руку, но у вас руки заняты. Кекс выглядит восхитительно. Спасибо.

Лив улыбнулась.

– Приятно с вами познакомиться.

Ройс кашлянул. Вот черт, ей ведь запрещено говорить с гостями. Дело плохо. За это она позже поплатится.

– Клянусь, я не знал, что ты здесь работаешь, – продолжал Мак, ничего не замечая.

 – Гевин только говорил, что ты работаешь в ресторане в центре города.

– Оливия работает у меня уже несколько месяцев, – вставил Ройс, не желая оставаться в стороне от их разговора.

– Год, – тихо поправила Лив.

Ройс снова кашлянул. Тихо. Жестко. Со смертельной угрозой.

Мак внезапно вскочил.

– Мы должны сфотографироваться! Я отправлю снимок Гевину.

Лив бросила взгляд на Ройса, чья натянутая улыбка показывала, что он не в восторге от того, что его затмевают.

Он не желал ни с кем делить объектив фотокамеры.

– Спасибо, – твердо сказала Лив. – Но я предпочла бы остаться за кадром.

– Ни за что! – возразил Мак. – Ты должна получить признание за свою работу.

Лив представила, как голова Ройса буквально взрывается вместе с его париком. Но его шоуменская натура не позволила ему демонстрировать что-либо, кроме улыбки.

– Совершенно верно! – сказал он. – Оливия, пожалуйста.