Броманс. Книжный клуб спешит на помощь

Обдумав предложение, кот оторвал свою массивную тушку от пола и запрыгнул на кровать. Потершись пушистой мордочкой о ее лицо, он улегся рядом с громким мурлыканьем – только Алексис он доверял настолько, чтобы расслабиться в ее компании. Он в принципе доверял только ей. Бедняга, никто его не понимал.

Алексис взяла Пирожка домой спустя всего месяц после смерти матери. Она не планировала заводить нового питомца, ей и с собственными потребностями едва удавалось справляться, о дополнительной ответственности не могло быть и речи.

Однако ей позвонили из приюта и попросили взять на передержку кота, которого вот уже три месяца все никак не заберут. Едва взглянув на эту злобную мордашку, Алексис сразу поняла, что не сможет его отдать. Она просто не могла отвернуться от одинокого существа.

Почти всегда одиночки сражаются на войне, неведомой остальным.

На прикроватной тумбочке зазвонил будильник. Пора вставать. Нельзя валяться в постели вне зависимости от произошедшего накануне. Какое бы потрясение ни всколыхнуло ее жизнь, кафе само за собой не присмотрит.

Извинившись перед Пирожком, Алексис села и откинула в сторону вязаное покрывало. Вдруг до нее донесся знакомый запах.

Аромат кофе.

Сперва Алексис сочла его игрой воображения. Однако, когда она встала, запах усилился. Может, Ноа запрограммировал кофе-машину на это время? Вполне в его духе. В груди разлилось нечто сладостное и тягучее, как мед. Она направилась к выходу и резко замерла в дверях, услышав шум снизу – похоже на звон посуды.

Мед в груди мгновенно испарился, а сердце перекувыркнулось – Ноа все еще в доме! Взяв себя в руки, Алексис юркнула в ванную и оглядела свое заспанное лицо – опухшие красные глаза и щеки, волосы напоминают воронье гнездо.

Да уж, просто красотка! Она торопливо скрутила гриву в пучок и умылась.

Наконец Алексис спустилась, ступая босиком по мягкому ковру, прошла в кухню и застыла в дверях, любуясь открывшимся видом. Ноа стоял к ней спиной, прислонившись к кухонному островку. На нем была вчерашняя одежда, теперь мятая, распущенные волосы лежали на плечах пышными блестящими кудрями – модели отстегивают сотни долларов, чтобы добиться подобного результата.

В одной руке он держал кружку, а другой листал ленту «Твиттера» в телефоне.

Алексис зашла и, стараясь говорить непринужденно, поздоровалась. Ноа обернулся, на лице тут же расплылась улыбка – впрочем, несколько утомленная.

– Привет, – отозвался он немного хриплым с утра голосом. – Как спалось?

– Хорошо.