Петролеум фэнтези

Но я отклонил их попытку быть рядом со мной, сославшись на то, что я хотел бы посмотреть экспозию самостоятельно. Они любезно дали мне согласие и включили во всех залах освещение, так как из-за полуподвального расположения музея в его залах стоял полумрак.

Я потратил более двух часов, чтобы внимательнейшим образом рассмотреть все фотографии старой нефтяной гвардии и натурные образцы отдельных видов бурового оборудования. Я встретил там много знакомых лиц, известнейших людей города, многих из которых знал лично, не по наслышке.

– Но как Вам наш музей, нашли для себя что-то интересное? – спросила старшая по возрасту женщина. Видимо она была директором, а та, что по моложе экскурсаводом.

– Музей очень интересный, но объясните мне почему экспозиция не полная? – ответил я вопросом на вопрос, слегка раздражённым голосом.

– Что значит не полная? У нас тут весь город представлен, все предприятия, и даже есть информация о других городах, например Альметьвске, Азнакаево, Бавлах и даже Нурлате. – немедленно отпарировала старшая.

– Меня интересовала контора разведочного бурения и я не нашёл о ней никаких упоминаний. – Ответил я ей всё больше раздражаясь.

– У нас все буровики города представлены на стендах, о какой канторе Вы ведёте речь и собственно кто Вы будете? – в её голосе появилась определённая настороженность и попытка занять оборонительную позицию.

При этом вторая молодая женщина постоянно молчала, но я увидел в её глазах определённое любопытство по отношению меня и моего вопроса. Я стал понимать, что мне нужно успокоиться, иначе я от них ничего не добьюсь. Я стал им объяснять, что являюсь сыном директора этой конторы, что я тоже нефтянник, приехал из Москвы специально чтобы посетить их музей, и безусловно найти фотографии отца и его коллег по работе.

Директриса только пожимала плечами не зная что мне ответить и ссылалась на то, что музей существует уже более 30 лет, а она работает в нём всего лищь последнии пять лет.

– Я не знаю, как так получилось, что у нас нет ничего о Вашем отце, это не моё упущение.