Тайны летней ночи

– А я хочу выйти за человека, прочитавшего все сочинения Шекспира, – объявила Дейзи. – Спокойного, романтичного… а еще лучше очкарика. И он должен любить поэзию, природу и не иметь большого опыта по женской части.

Старшая сестра выразительно подняла глаза:

– Какое облегчение знать, что мы никогда не станем соперничать из-за одного и того же мужчины!

Аннабел обратилась к Эванджелин:

– А вы, мисс Дженнер? Какой муж подошел бы вам лучше всего?

– Эви, – пробормотала девушка, так отчаянно краснея, что лицо почти слилось с ярко-рыжими волосами.

Она явно боролась с собой: болезненная робость и стремление к замкнутости никак не способствовали откровенности с почти незнакомыми людьми. – Полагаю… хотелось бы, чтобы он был д-д-добр и… – Она осеклась и с самоуничижительной улыбкой покачала головой: – Не з-знаю. Просто чтобы л-любил меня. По-настоящему.

Эта речь неожиданно тронула Аннабел и наполнила странной меланхолией. Для нее любовь была роскошью, на которую она никогда не позволяла себе надеяться.

Слишком уж легкомысленно требовать какой-то любви, когда речь идет об элементарном выживании.

Однако она дружески коснулась затянутой в перчатку руки девушки.

– Желаю вам найти такого, – искренне шепнула она. – Может, и не придется долго ждать.

– Похоже, все мы нуждаемся в помощи в той или иной форме, – заметила Лилиан, доброжелательно, но оценивающе оглядывая Аннабел.

– Хм-м… я не возражала бы попробовать на вас…

– Что именно? – вскинула брови Аннабел, не зная, смеяться или возмущаться.

– До конца сезона осталось всего несколько недель, – пояснила Лилиан. – А это, полагаю, ваш последний. То есть, говоря без обиняков, мечты выйти за человека вашего же круга испарятся в конце июня.

Аннабел настороженно кивнула.

– В таком случае предлагаю…

Лилиан вдруг замолчала.

Проследив за направлением ее взгляда, Аннабел тихо застонала при виде высокого темноволосого мужчины.

Джентльмен, так неожиданно помешавший интересной беседе, оказался Саймоном Хантом – человеком, с которым никто из четырех не желал иметь дела, и по вполне веским причинам.

– Прошу учесть, – пробормотала Аннабел, – что для меня идеал мужа должен быть полной противоположностью мистеру Ханту.

– Какой сюрприз, – съязвила Лилиан, поскольку все были совершенно согласны с вышесказанным.

Можно простить человека за стремление подняться повыше по социальной лестнице, если при этом он обладает манерами и лоском, достойными истинного члена общества.