Книга Амадея

Поймав его взгляд, девочка сделала такое лицо, будто она королева в изгнании, а они – ее злобные гонители. Она была вся такая чистенькая и аккуратная, что кого хочешь могла ввести в заблуждение; но только не Амадея – уж он-то знал, чего стоят все ее манеры, поскольку еще днем застукал девчонку за хлевом, где она швырялась камнями в навозную лужу, норовя разбрызгать ее подальше.

– Эта зеленая дрянь – шпинат, – сообщил Амадей. – А ты хочешь еще пирога, малявка?

– Меня зовут Кьяра Тавма, – с достоинством сообщила девочка.

 – Еще как хочу, Ставрос у меня половину куска откусил!

– Жадина, – буркнул ее брат, сматывая нитку.

– Погодите, я мигом, – пообещал Амадей и вихрем умчался на кухню.

Отрезать сколько нужно от большого бесформенного куска теста, отдыхающего под полотенцем в глиняной миске, было делом минуты. Потом тонко раскатать в круг деревянной скалкой, смазать соусом из сваренных с мукой и перцем сливок, нарубить пучок шпината, смешать с молодым, мягким козьим сыром и раскидать по тестяному кругу.

Посыпать сверху острым сыром и добавить от себя хлебных крошек – с ними пирог будет хрустеть еще лучше. И всего делов. Десять минут на столе и пять в печи.

– Ешьте, – Амадей поставил перед гостями пирог. – Пока горячий, самое то.

– Дети! – Госпожа Тавма обернулась, прервав тихий разговор с мужем. – Вы опять за еду?

– В маленьких печках дрова сгорают быстро, – улыбнулся Ясон Тавма. – Пусть едят.

Пока брат с сестрой уминали пирог, Амадей поинтересовался:

– А зачем вы упражняетесь с ниткой? Ловко у вас получается, ничего не скажешь.

Я такие пальцы только у карманников видел, когда еще в Шэлоте жил.

– Мы – гобеленщики, – с гордостью сказал Ставрос набитым ртом. – Отец самый лучший в нашем ремесле – я думаю, что не только во Влихаде, а и во всем королевстве не найдется ему равного!

– Да, это так и есть, – кивнула его сестра.

– Так вы южане, из Влихады… А гобелен это ковер такой?

– Гобелен – это картина. Только написана не красками, а выткана нитями.

 – Брат сцапал последний кусок пирога. – Мы тренируемся с ниткой, чтобы пальцы были ловкие и гибкие, иначе только и будем годны, что основу натягивать.

– Все начинают с основы, Ставрос, – гобеленщик подошел к детям. – И нечего этого стыдиться. Вам пора спать, иначе вы съедите все, что есть в этом доме. А ну, марш наверх!

На следующий день в «Копченый хвост» пожаловали компаньоны семьи Тавма: торговец шерстью с женой и сыном лет десяти.