Шестая стихия. Рукопись принесенная морем. 2 часть дилогии

Я не буду её будить. Привет.

– Привет. Да. Конечно. Правильно, ей нужно восстанавливаться.

Ребята двигались будто в каком-то затейливом вальсе, но не кружась, а наоборот стеснительно обходя друг друга. Легкие поцелуи, которые стали для них привычными, теперь были неуместны, но их по-прежнему тянуло друг к другу и невыраженная ласка камнем повисала в пространстве. Катя подобрала и без того стройный живот, чтобы пропустить Матвей к шкафу за чашкой, он также ощущал скованность, чтобы нечаянно не коснуться её.

– Тебе к скольки на работу? Я боюсь её оставлять здесь одну. На сегодня взял отгул, и наверное продлю его на неделю. Как думаешь, что лучше ей приготовить?

– Попробуй сварить куриный бульон. В американских комедиях он от всех болезней помогает.

– Ну, если уж он помогает в несмешных комедиях, значит точно хорошее средство, – неудачно скаламбурил Матвей.

– Ты правильно решил с отгулами. Когда она придет в себя нужно, чтобы кто-то был рядом. Мало ли что придет ей в голову. Я постараюсь тебя подстраховать.

– Подожди. Заранее не накручивай. Я уверен, что она быстро восстановится. И все будет как раньше.

– Надеюсь, – согласилась Катя, но в голосе её слышалось, что особых иллюзий она не питает. – Может быть, тебе пока здесь пожить? Чтобы в свою квартиру не мотаться?

– А тебя это не стеснит?

– Да, что ты.

Лиза проспала трое суток подряд. Когда встала, то молча, словно не узнавая ребят, придерживаясь за стенку дошла до туалетной комнаты. Щелкнула задвижкой. Её долго рвало. Они не понимали, где в её хрупком теле, держащемся на честном слове, могло помещаться столько лишнего, которое оно сейчас с таким трудом из себя выталкивало.

– Может быть, вызывать врача? – Матвей хватался за соломинку.

– Ты думаешь, от магии помогают антибиотики?

Лиза плеснула себе на лицо воды, и так же по стенке, не проронив и слова, вернулась обратно в кровать. Через мгновение она снова спала. Так прошло больше двух недель: девушка вставала, шла в туалет, выталкивала из себя бурую слизь и вновь скатывалась в сон. При этом ее пульс отчетливо прощупывался. В чем держалась жизнь было загадкой, но она точно крепко цеплялась за внутренние стенки Источника.