Сквозь века. Начало

Эмиль резко вытягивает руку, как только тьма отступает, и с интересом разглядывает собственную конечность.

– Что это?

Исидора снисходительно улыбается, словно наблюдая за маленькими детьми.

– Это ваши обещания. Знак того, что бездна приняла твою клятву. Она соединяет души и позволяет богам не сделать ошибки в попытке разлучить соединенных самой Ночью.

Эмиль хмурится, разглядывая небольшую черную пятиконечную звезду на своем запястье. Он большим пальцем поглаживает кожу в том месте, удивляясь, что от боли не осталось и следа.

Значит, теперь эта звезда будет с ними всю жизнь? Мужчина улыбается, показывая рисунок Каталине. Женщина натянуто улыбается в ответ, стараясь не выдать волнения, когда над головой раздает голос матери.

– Теперь ты, Каталина.

Женщина повторяет за Эмилем, отдавая свое запястье на волю бездны. Тьма тут же льнет к ее руке, ластится, словно кошка и щекочет кожу. Каталина негромко смеется, вспоминая выражение ужаса на лице короля, когда тот столкнулся с бездной. Почему же у нее все не так?

– В тебе течет кровь богини, и тьма чувствует родственную душу.

Каталина кивает в ответ на слова Исидоры. Она до сих пор не может поверить в то, что в ней течет особая кровь. Что она не просто человек. Пусть сила матери не передалась ей по наследству, зато упорство, сила духа и храбрость точно досталась от Повелительницы Ночи. Женщина сосредотачивает внимание на Эмиле. На его глубоких зеленых глазах, своих чувствах к нему, что с каждым разом затягивают ее все глубже в свой омут.

На том, как сердце бьется лишь от одной мысли о нем. Слова клятвы льются из ее уст, исходя из самой души.

– Я, Каталина Алистер, дочь Аурии, она же Исидора, отдаю сыну Августа и Агаты свое сердце, душу и тело. Принимаю родовое имя Кавана и обязуюсь гордо нести его до конца своей жизни. Клянусь быть верной, справедливой, всегда поддерживать и опираться на того, с кем связываю жизнь. Клянусь быть другом, женой и светом во тьме. Клянусь идти за ним сквозь века и все следующие жизни.

Бывшая императрица перестает дышать в ожидании, когда бездна взорвется белым ярким светом, а запястье опалит боль.

Каталина осторожно вытаскивает руку, улыбнувшись нежным прикосновениям тьмы, и с благоговением рассматривает звезду на своем запястье.

– Вот и все, – неожиданно хриплым голосом произносит Исидора. Каталине кажется, что ее мать едва сдерживает слезы. – Теперь вы навеки связаны друг с другом. И даже после смерти ваши души сумеют отыскать друг друга во тьме.