Замужем с утра

– Какого дьявола Маркс разводит тут секреты, когда всем остальным нечего скрывать? – Лео резко остановился и требовательно уставился на Амелию, заставив ее замереть на месте. – Почему нужно делать тайну из того, что эта особа – сестра Ратледжа?

– Я точно не знаю, – смущенно призналась Амелия. – Кэтрин сказала только, что так нужно для ее безопасности.

– Безопасности? От кого ей защищаться?

Амелия беспомощно покачала головой.

– Может, тебе лучше спросить Гарри? Хотя я сомневаюсь, что он скажет.

– Видит бог, кто-то должен мне все объяснить, а иначе я вышвырну отсюда Маркс, она и моргнуть не успеет!

– Лео! – изумленно воскликнула Амелия. – Ты этого не сделаешь.

– Сделаю с превеликим удовольствием.

– Подумай о Беатрикс, это ее ужасно огорчит…

– О Беатрикс я и думаю. Я не позволю, чтобы за моей младшей сестрой присматривала женщина, которая, возможно, скрывает какую-то опасную тайну. Если такой человек, как Гарри Ратледж, что водит знакомство с самыми отъявленными мерзавцами во всем Лондоне, не может открыто признать собственную сестру… чего доброго, она преступница.

– Нет, – с каменным выражением лица бросила Амелия, возобновляя прогулку. – Честно говоря, Лео, это слишком драматично даже для тебя. Мисс Маркс не преступница.

– Не будь наивной, – фыркнул Лео, догнав сестру. – Всякий, кого ни возьми, не тот, кем притворяется.

После недолгого молчания Амелия осторожно спросила:

– Что ты собираешься делать?

– Утром я уезжаю в Лондон.

Амелия изумленно округлила глаза:

– Но Меррипен надеется, что ты станешь сажать турнепс, разбрасывать удобрения и…

– Я знаю, чего ждет от меня Меррипен. Я в отчаянии от того, что придется пропустить его увлекательные лекции о чудодейственных свойствах навоза. И тем не менее я уеду. Хочу провести пару дней с Ратледжем и выведать у него то, что меня интересует.

Амелия недоуменно нахмурилась:

– Почему бы тебе не поговорить с ним здесь?

– Потому что у него медовый месяц.

– А мне кажется, ты просто хочешь спрятаться подальше от Кэтрин. Думаю, между вами что-то произошло.

Лео посмотрел на закатное небо, расцвеченное ярко-оранжевыми и пурпурными разводами.

– Темнеет, – нарочито бодрым тоном заметил он. – Нам лучше вернуться.