Соблазни меня в сумерках

Почему мы все должны беспокоиться о свадьбе, когда они обошлись без этого?

Поппи издала нервный смешок.

– Давайте не будем обсуждать подобные темы при мистере Бейнинге, – сказала она. – Боюсь, он не привык к нашим…

– Бурным дискуссиям, – подсказала мисс Маркс.

Амелия усмехнулась:

– Не беспокойся, Поппи. Мы будем такими достойными и правильными, что он сочтет нас занудами.

– Спасибо, – пылко отозвалась Поппи.

– Мне тоже придется изображать зануду? – спросила Беатрикс у мисс Маркс, которая энергично кивнула.

Вздохнув, Беатрикс подошла к столу в углу комнаты и принялась опустошать свои карманы.

Поппи вздрогнула, когда услышала стук в дверь.

– Это он, – выдохнула она.

– Я отвечу, – сказала мисс Маркс, послав Поппи быструю улыбку. – Можешь успокоиться, дорогая.

Поппи кивнула и постаралась взять себя в руки. Она заметила, что Амелия и Кэм обменялись взглядами, которые она не смогла распознать. Взаимопонимание между этой парой было абсолютным: казалось, они могут читать мысли друг друга.

Она подавила улыбку, вспомнив утверждение Беатрикс, что кролики живут счастливо парами. Беатрикс была права: Поппи очень хотелось быть любимой, быть частью пары. Она так долго ждала и все еще была не замужем, хотя все подруги ее возраста уже обзавелись мужьями и детьми. Казалось, Хатауэи обречены находить свою любовь позже других.

Ее мысли прервало появление Майкла, который вошел в комнату и поклонился. Радость Поппи несколько омрачило выражение его лица, более угрюмое, чем ей казалось возможным.

– Мистер Бейнинг, – мягко сказала она. Ее сердце трепетало, как птица, пойманная в силки. – С вами все хорошо? Что случилось?

Карие глаза Майкла, обычно такие теплые, казались мрачными и невыразительными, когда он окинул взглядом ее семью.

– Простите меня, – хрипло произнес он. – Даже не знаю, что сказать. – Казалось, дыхание застревает у него в груди.

Последовало напряженное молчание. Кэм хранил непроницаемое выражение, а Амелия слегка покачала головой, словно протестуя против того, что должно последовать.

– Боюсь, это будет неприлично, мистер Бейнинг, – промолвила мисс Маркс. – Мы должны помнить о репутации мисс Хатауэй.

– Конечно.