Соблазни меня в сумерках

– Выбленочный узел?

– Да, как раз то, что нужно.

Джейк Валентайн, с явным сомнением наблюдавший за их действиями, взглянул на Гарри:

– Мистер Ратледж…

Гарри жестом приказал ему молчать и позволил сестрам Хатауэй продолжить. Независимо от успеха их попытки он слишком наслаждался происходящим, чтобы остановить их.

– Не могла бы ты сделать петлю на другом конце? – спросила Беатрикс.

Поппи нахмурилась.

– Не уверена, что я помню, как это делается.

– Позвольте мне, – предложил Гарри, шагнув вперед.

Поппи уступила ему конец шнура, весело блеснув глазами.

Гарри завязал шнур в некое подобие шара, несколько раз обернув его вокруг пальцев и пропустив свободный конец взад и вперед, а затем затянул узел.

– Неплохо, – похвалила Поппи. – Что это за узел?

– Вообще-то, – ответил Гарри, – он называется «кулак обезьяны».

Поппи улыбнулась:

– Вы, наверное, шутите.

– Я никогда не шучу по поводу узлов. Хороший узел – это произведение искусства. – Он протянул конец шнура Беатрикс, и она положила его на крышку кабины лифта.

– Может не сработать, – сказала Беатрикс. – Это зависит от того, кто умнее: обезьянка или мы.

– Не уверен, что нам понравится ответ, – сухо отозвался Гарри. Подавшись внутрь шахты лифта, он медленно потянул веревку, отправив банку наверх, к макаке, а Беатрикс взялась за шелковый шнур.

Все замерли в ожидании, затаив дыхание.

Раздался глухой звук.

Обезьяна спрыгнула на крышу лифта и затихла, негромко покряхтывая. Затем последовал резкий рывок, и воздух огласили возмущенные вопли. Лифт затрясся от тяжелых ударов.

– Попалась! – воскликнула Беатрикс.

Гарри взял у нее конец шнура, а Джейк Валентайн спустил кабину лифта.

– Отойдите, пожалуйста, мисс Хатауэй, – сказал Гарри.

– Позвольте мне это сделать, – попросила Беатрикс. – Макака скорее набросится на вас, чем на меня. Животные доверяют мне.

– Возможно, но я не могу подвергать риску своих постояльцев.

Поппи и мисс Маркс оттащили Беатрикс от лифта. Все ахнули при виде крупной черно-голубой макаки с огромными блестящими глазами, безволосой мордочкой и забавным хохолком на макушке. Она яростно верещала, обнажая белые зубы.

Обезьяна отчаянно пыталась выдернуть одну из передних лап, застрявших в банке, но безуспешно. Мешал ее собственный кулак, который она отказывалась разжать, даже чтобы вытащить лапу из банки.