Соблазни меня в сумерках

 – Это вульгарно, и потом… откуда ты знаешь о брачном поведении животных?

– В основном из книг по ветеринарии. А также из наблюдений. Ведь животные не страдают стеснительностью.

– Пожалуй. Но постарайся держать подобные мысли при себе, Беа. Если бы мисс Маркс услышала тебя, она сочинила бы очередное стихотворение и заставила тебя выучить его.

Беатрикс устремила на нее невинный взгляд голубых глаз.

– Юным особам не следует интересоваться… как живые существа родятся…

– Иначе их компаньонки разозлятся, – закончила Поппи.

Они рассмеялись.

– Ладно, но я не вижу причин, почему они не могут увлечься друг другом, – сказала Беатрикс.

– Не представляю, чтобы Лео увлекся умной женщиной, – возразила Поппи. – Конечно, мисс Маркс весьма привлекательна, особенно в последнее время. Она была такой бледной и худой, когда появилась у нас, что я даже не задумывалась о ее внешности. Но теперь она немного округлилась и очень похорошела.

– Да, – согласилась Беатрикс. – И выглядит намного счастливее. Когда мы встретились впервые, я подумала, что ей пришлось пережить что-то ужасное.

– У меня тоже возникла такая мысль. Интересно, мы когда-нибудь узнаем правду?

Поппи не была уверена в ответе, но, взглянув этим утром на измученное лицо мисс Маркс, подумала, что, возможно, ночные кошмары их компаньонки связаны с ее таинственным прошлым.

Войдя в гардеробную, Поппи прошлась взглядом по ряду аккуратных, тщательно отутюженных платьев неброских расцветок со строгими белыми воротничками и манжетами.

– Какое платье вам подать? – спросила она.

– Любое. Не важно.

Поппи выбрала платье из темно-синей шерсти и положила его на неубранную постель, тактично отвернувшись, пока мисс Маркс снимала ночную рубашку и облачалась в сорочку, панталоны и чулки.

Меньше всего ей хотелось волновать мисс Маркс, когда та страдала от головной боли, однако события этого утра были таковы, что требовали признания. Если есть хоть малейший шанс, что правда о ее утренних похождениях выйдет наружу, будет лучше, если она подготовит свою компаньонку заранее.

– Мисс Маркс, – осторожно начала она. – Не хотелось бы усугублять вашу головную боль, но мне нужно кое-что вам сказать… – Она замолкла, когда мисс Маркс бросила на нее короткий, полный муки взгляд.

– В чем дело, Поппи?

Пожалуй, она выбрала неудачный момент. Собственно… так ли уж необходимо что-либо говорить? Скорее всего она никогда больше не увидит Гарри Ратледжа. Вряд ли он посещает те же места, что Хатауэи.