Любовь в полдень

– Прошу прощения, сэр, но у нас в самом разгаре… – Из глубины донесся звон фарфора. – О… Боже милостивый! – Она со стоном показала в сторону маленькой гостиной. – Подождите там, пожалуйста.

– Поймал! – послышался мужской голос. – Черт возьми, нет! Вырвалась и бежит к лестнице!

– Не пускай ее наверх! – закричала женщина. Где-то плакал ребенок. – О, это проклятое существо разбудило маленького! Куда девались горничные?

– Наверное, попрятались.

Не веря собственным ушам, капитан Фелан помедлил у входа… неподалеку блеяла коза.

– В доме живет коза? – невозмутимо осведомился он.

– Нет, конечно, нет. – Экономка попыталась втолкнуть его в гостиную. – Это… плачет ребенок. Да, ребенок.

– Что-то не очень похоже, – усомнился гость.

Снаружи залаял Альберт. По холлу проворно, почти не хромая, пронеслась кошка на трех лапах, а за ней – значительно быстрее, чем принято ожидать от созданий подобного рода, – просеменил ощетинившийся ежик. Экономка поспешила за дружной парочкой.

– Пандора, немедленно иди сюда! – раздался новый голос, и Кристофер сразу сообразил, что кричит Беатрикс.

В это мгновение в холл ворвалась большая белая коза, а следом из-за угла показалась младшая из сестер и, заметив праздного зрителя, остановилась.

– Могли бы попытаться поймать! – воскликнула она и, узнав Кристофера, нахмурилась. – О, это вы…

– Мисс Хатауэй… – начал он.

– Подержите!

Она поспешно сунула ему в руки что-то живое и теплое, а сама помчалась в погоню за козой.

Кристофер ошеломленно посмотрел на крошечное создание и увидел новорожденного козленка – белого, с коричневой головкой. Впрочем, сама Беатрикс удивила его еще больше. Посмотрев ей вслед, капитан едва не выронил малыша: оказалось, что молодая леди не в платье, а в бриджах и высоких сапогах.

Капитану Фелану доводилось видеть женщин во всевозможных одеяниях и без оных, но вот в наряде конюха перед его взором до сих пор не представала ни одна из сестер Евы.

– Наверное, это сон, – рассеянно обратился Кристофер к неловкому пушистому комочку. – Очень странный сон о Беатрикс Хатауэй и козах…

– Есть! Поймал! – радостно прокричал уже знакомый мужской голос. – Я же говорил, что загон надо делать выше!

– Она не перепрыгнула, – возразила Беатрикс, – а прогрызла изгородь.

– А кто пустил ее в дом?

– Никто. Сама пробралась через кухню.

Продолжение разговора разобрать не удалось.