За все надо платить

Понедельник

Утро для Гурова в госпитале, а Орлова с Крячко на службе началось нервно – они ждали больших неприятностей. Но время шло, а ничего не происходило. Наконец, не выдержав, Станислав, у которого где только не было приятелей, позвонил своему знакомому в УСБ и как бы между прочим поинтересовался здоровьем, настроением и делами служебными. Тот тоже был не лыком шит, поэтому, сразу все поняв, рассмеялся:

– Расслабься, ничего твоему Гурову не грозит. Запись та из Интернета исчезла. Кто разместил – неизвестно, кто убрал – тоже.

Наши специалисты попытались хоть какой-то след найти, но не смогли. А нет тела – нет дела!

Положив трубку, Крячко передал эти слова Орлову, и они понимающе переглянулись.

– Да-а-а! Не зря у него кличка Цезарь, – протянул Петр. – Зубр был жесток, но примитивен и поэтому предсказуем, а от этого франта не знаешь, чего и ждать. Я запросил на него справку – так на нем нет ни одного «жмура». У него только экономические преступления, но всегда в особо крупных размерах.

Очень-очень крупных размерах, по мелочам он не работал. Его несколько раз брали, а он всегда выскальзывал, так что прижать его смогли только дважды – подельники подвели. Они не вняли его увещеваниям быть поскромнее, сорили деньгами, а дальше наши сработали по схеме.

– Если он всего два раза сидел, да к тому же по таким статьям, как же его короновали? – удивился Стас.

– А его денег так и не смогли найти, так что он себе, наверное, и корону купил, а потом и эту должность. Он столько нахапал, что у меня фантазии не хватит, чтобы представить, сколько нулей в его состоянии.

– Черт с ним! По крайней мере, утешает то, что этот без нужды кровь лить не будет. А теперь надо Леву из госпиталя забрать – нечего ему там бока отлеживать, – сказал Крячко. – Сейчас я за ним смотаюсь.

Предупредив Льва, что его отдых закончился, потому что все обошлось, и тот должен быстро собраться, Стас поехал за ним. Он привез Гурова к его дому, но, увидев во дворе джип Марии, наотрез отказался подняться – он не забыл и еще очень не скоро забудет свою последнюю встречу с Марией.

– Ты, Лева, сам с женой разбирайся, – решительно заявил Крячко и был таков.

Гуров вдохнул – ему категорически не хотелось оставаться с Марией один на один, но делать было нечего, и он вошел в подъезд. Поднимаясь в лифте, Лев думал, что сейчас опять начнутся слезы, оправдания, клятвы в любви и верности и все прочие штучки, которые применяют женщины в таких ситуациях.