Венерианка

Подняться на нее можно было по деревянным ступеням, парившим над склонами вплоть до вершины. Они пошли по ним. Ступени под ногами проминались и ерзали. Держаться было не за что, а внизу была пустота. Они шагали долго, выбились из сил, но останавливаться было нельзя. Удивительно, Ману не жаловалась, твердо и стойко шла вперед. На вершине были высокие стеклянные ворота. Они были открыты. Странники вошли. Изнутри это было помещение. Улицы не было видно, никого и ничего в помещении не было. Лестница вела выше – они пошли выше.

По мере их подъёма послышались голоса. Один голос был уверенный, крепкий, громоподобный, а другой – мягкий, добрый, располагающий. Они спорили. Громоподобный намеренно провоцировал мягкий голос на конфликт. Мягкий голос, в основном, отмалчивался, лишь изредка сокрушался по поводу доверия.

– Меня предал собственный брат… – будто не мог поверить в происходящее, добрый баритон.

– Нам завещано править обоим. Почему-то ты взял на себя бразды правления, –высокомерно продолжил бас.

– Ты не умеешь творить. Твой удел – разрушать. Я всегда это знал, но любил тебя.

– Братец, как ты наивен. Я поражаюсь твоей глупости, – рассмеялся громогласный. – Я вечно буду сеять хаос. Я испорчу все, что ты сотворишь, пока ты не возненавидишь себя, меня, каждое свое творение, – голос наращивал массу, а с последним словом прогремел.

– Я спасу венерианцев, – почти шептал добряк.

Опять послышался раскатистый смех.

– А я посмотрю на это зрелище.

Обещаю, если тебе удастся, я не буду мешать, – пробасил уверенный с нотками хитрицы, растягивая слова, будто наслаждаясь триумфом. – А если нет, то буду уничтожать каждую планету, которую ты населишь.

Молчание. Шаян тоже притих, не переставая держать палец у губ, чтобы Ману не издавала звуков. Кто же так хочет уничтожить Венеру? Кто же стоит за сотворением жизни? Все зря, если не войти и не увидеть. Венерианец колебался. Страх перед неизведанным оковал его, но Шаян решился войти.

Будь, что будет!

В огромной белой комнате стояли два огромных монитора. На одном было изображение мучений от изнуряющей жары венерианцев, а на другом – пылающий шар и электронный циферблат с убывающими секундами. Венере, по-видимому, осталось два дня. Кроме мониторов в комнате никого не было. Царило молчание.

– Как спасти Венеру? Как нам спасти жизнь? – тяжело дыша из-за увиденного, выдавил Шаян.

Ответов не было.