Запредельное удовольствие (сборник)

 – Вы на что намекаете?

– Извините, просто вы, я думаю, гораздо больше времени проводили вместе. К тому же ездили вместе отдыхать на Ибицу. Ну и вообще, по общим признакам – волосам, телосложению, рукам…

– Нет-нет, насчет меня и речи быть не может! – снова открестился Плисецкий. – Постойте, я, кажется, придумал! А что если попросить Антона Семеновича?

– Это кто?

– Это врач из нашего центра, Роман у него наблюдался! Уж он-то должен знать его тело вдоль и поперек, он же его регулярно осматривал! Измерял рост, вес, еще какие-то параметры – я не в курсе, я сам не занимаюсь на тренажерах.

– Что ж, мысль подходящая. Привозите вашего доктора.

– Только сам я в морг не пойду! – тут же предупредил Плисецкий.

– Да ладно, ладно. Жду вас через сорок минут.

И Гуров отключил связь.

– Что ж, Лева, – произнес Орлов, – с богом!

– Ты этим что хочешь сказать? – уточнил Гуров. – Пусть это окажется не Любимов? Или наоборот?

– Честно? Не знаю, – признался Орлов. – Мне бы вообще хотелось, чтобы никакого трупа не было.

– Увы, человек предполагает, – вздохнул Лев и поднялся. – Ладно, я поехал. Крячко появится – пусть мне позвонит.

– Сначала пусть мне на глаза попадется! – ворчливо добавил генерал.

Глава 5

Погода была пасмурной, под стать ситуации. Солнце, несколько дней назад уверенно возвестившее скорый приход весны, сегодня скрылось за тяжелыми мрачными тучами, затянувшими все пространство густой туманной пеленой. Непрозрачный воздух казался ватным.

Гуров сидел в машине, и выходить из нее ему совсем не хотелось. Однако спустя пару минут к воротам морга подъехал автомобиль Плисецкого. Из него вышел незнакомый Гурову мужчина лет сорока пяти, с густой кудрявой шевелюрой на непокрытой голове. Он был высок и широк в плечах.

Плисецкий боязливо высунул нос через наполовину опущенное стекло и тут же произнес в напоминание:

– Только я в машине посижу. Меня уже что-то подташнивает.

В других обстоятельствах Гуров охотно съязвил бы на этот счет, поскольку Плисецкий начал его раздражать своей повышенной чувствительностью, но в данной ситуации он лишь молча кивнул и повернулся к высокому мужчине.

– Молодцов, – проговорил тот, протягивая Гурову крупную ладонь для приветствия.

– Полковник Гуров, – представился Лев. – Пойдемте!

– Господи, только бы это был не Роман! – вскинув руки и глаза к небу, взмолился Плисецкий.