Проклятие

Она пристально взглянула на своего компаньона, вопросительно подняла бровь и прошептала:

– За что нас сюда посадили? – грустно спросила Лиля, усаживаясь рядом с унитазом.

– За магию, за что еще, – прозвучал его голос, пропитанный сердечной горечью. Он казался злым и разочарованным одновременно, словно его душу охватывала неистовая ярость.

– Магию? – она просто рассмеялась и невинно спросила, – Извини, ты сейчас серьезно?

Взгляд мужчины приглушился, он ощутил, как внутри него пробудилось что-то непостижимое, потоки энергии начали пульсировать в его жилах.

Погруженный в себя, он немного покачал головой и произнес, уже более спокойным тоном:

– Да, я серьезно, – громко заявил Дима, откинув голову назад и протянув долгую гласную "А". В глазах его проглянул загадочный огонь, – Я-то думал, как такую сильную ведьму смогли поймать эти ироды, – проговорил он, медленно взглянув на меня, – Оказалось, что ты и не знаешь, что ты ведьма.

Голос его зазвучал приторно-иронически, словно он подшучивал надо мной.

Улыбка, пробежавшая по его губам, была полна изумления и недоверия. Я непонимающе смотрела на него.

– А мне вот интересно, что Таракан делает с ведьмами? Расскажи.

– Таракан? – Лиля недоуменно посмотрела на Диму.

– Ну этот… ученый, – промямлил парень, – Как выяснилось, этот бесстрашный человек, способный навредить даже маленькой девочке, боится тараканов.

Он смеялся как вне себя, находя этот факт уморительным.

Но Лиля уже старалась вспомнить, что же происходило в то время с ней.

Она помнила, что ученый проводил анализы ее тела, используя различные приборы, похожие на кардиограф. Но тут же в ее памяти всплыло еще одно неприятное воспоминание – Таракан часто вкалывал что-то в нее.

– Вот дела, – Дима задумчиво почесал подбородок, – На оборотней Таракан старается воздействовать различными способами, по типу звуковых волн, знаешь? Только это очень мучительно слышать. Еще раньше он любил отрезать оборотням разные части тела, – он смутился и показал свою руку, на которой отсутствовал большой палец, – Хотел проверить, потеря части тела в человеческом теле скажется на волчьей натуре… Оказалось, что да.

Он рассказывал о безжалостных лаборантах, безучастных исследователях, невероятных пытках и жестоких манипуляциях, которыми он однажды был подвергнут. В его взгляде читались боль и тоска, глубоко запечатленные в памяти на долгие годы.

Эксперименты, которые ставили на нем, выходили за пределы самого разумного воображения.