Убийца по вызову (сборник)

Что за удовольствие вылавливать разные предметы из кровавых ванн с трупами, тем более если нет полной уверенности, что эти предметы действительно там находятся. Подробности такого рода – прерогатива специалистов из оперативной группы, которая должна прибыть сюда с минуты на минуту. Вот пускай и поработают. А он уже увидел все, что хотел.

Из ванной Лев прошел в спальню, но здесь, кроме огромной, аккуратно заправленной кровати, вообще не было ничего интересного. Создавалось ощущение, что ни хозяин, ни его ночные гостьи в эту комнату даже не заходили, хотя, казалось бы, по логике вещей, именно здесь должно было происходить все главное.

Он уже направился к выходу, как вдруг в номер вошла группа мужчин в полицейской форме. Один из них, с майорскими погонами на плечах, сделал некий приглашающий жест левой рукой в сторону двери, а правой слегка придержал Гурова за локоть, деликатно, но настойчиво направляя к ней.

– Извиняюсь, извиняюсь, – стараясь улыбаться как можно глупее, проговорил Лев.

Выйдя в коридор, он обнаружил, что тихий и спокойный отель, который в момент его прибытия сюда можно было сравнить разве что с сонным царством, теперь напоминает растревоженный пчелиный улей.

По ковровым дорожкам, устилавшим коридор, озабоченно сновали туда и сюда какие-то люди, у приоткрытых дверей номеров тоже стояли небольшие группки, многозначительно переглядывались между собой и обменивались впечатлениями. Ни о какой «конфиденциальности» не могло быть и речи.

– Самоубийство?! Невероятно! – доносилось до слуха Гурова, неспешно проходившего по коридору. – И надо было для этого снимать люкс!

– Богатые тоже плачут.

– Вы знаете, сколько берут здесь за сутки в таких апартаментах?

– Ножом! Просто обыкновенным кухонным ножом! – неслось из другой группы. – Рука располосована до кости! Весь номер в крови. Жуть!

– Этот всегда так, уже известно. Прикатит, девок созовет целый кагал и куролесит дня три без продыху.

Последнее высказывание Лев услышал, уже подходя к лестнице, ведущей в вестибюль. Возле нее стояла женщина, с которой недавно разговаривал Иван Яковлевич, а рядом – пожилой мужчина в шоколадно-коричневом, отделанном золотым кантом одеянии, в котором ходила гостиничная обслуга.