Моя лучшая книга

А тут где-то через полгода иду и на том же месте, в той же будке стоит мужик, я лица-то его не вижу, а вот бумажник тот же драный рядом лежит. Я к будке. Мужик позвонил, ушел. Бумажник, естественно, остался. Я из будки с бумажником выхожу и, пока тот второй не подбежал, хватаю первого попавшегося парня и говорю:

– Слышь, друг, помоги, будь свидетелем, мужик оставил, там полмиллиона, сейчас аферюга за ним прибежит.

И такой парень отзывчивый оказался.

– Ладно, – говорит, – помогу.

И тут этот самый мужик возвращается и говорит:

– Вы здесь бумажник не находили?

Я говорю:

– Еще как находили, а где же второй?

Он говорит:

– Какой еще второй, у меня только один бумажник.

Я говорю свидетелю:

– А ну, тащим его в милицию, а второго они сами найдут.

И вот приволакиваем мы этого мужика в милицию.

– Вот, – говорю, – товарищ капитан, поймали аферюгу, который бумажники оставляет с пятьюстами тысячами, а потом честных людей грабит.

Мужик говорит:

– Чего это я граблю, я бумажник в будке оставил, а эти меня сюда привели.

Капитан открывает бумажник, вынимает оттуда паспорт и говорит:

– Смирнов Валентин Николаевич.

– Я, – говорит мужик.

Капитан говорит:

– А где же пятьсот тысяч?

Мужик говорит:

– А это пусть он скажет, – и на меня показывает.

Капитан смотрит на свидетеля и говорит:

– А это кто?

Парень говорит:

– Свидетель.

Капитан говорит:

– Ну, рассказывайте, свидетель.

Парень говорит:

– Стою я у будки, и вдруг этот мужик говорит, будь свидетелем, в этом бумажнике пятьсот тысяч.

Капитан поворачивается ко мне и спрашивает:

– А где пятьсот тысяч?

Я не знаю, что сказать, начинаю лепетать, что в прошлый раз они у меня взяли триста тысяч.

Мужик говорит:

– Да я его первый раз в жизни вижу.

Капитан говорит:

– Ага! Давно я вашу шайку поймать хотел, наконец-то попались, голубчики. Вы, Смирнов Валентин Николаевич, все опишите и свободны, а с вами мы сейчас разберемся.

И два часа я этому капитану доказывал, что я не верблюд, хорошо еще, этот мужик порядочным оказался, сказал, что у него там денег не было, а то бы сидеть мне, да и свидетелю тоже.

С тех пор думаю, ну их на фиг, ни за что ни с какими афе-рюгами связываться не стану… А тут три дня назад иду в совершенно другом месте, и опять этот тип, мужик тот самый, роняет прямо передо мной бумажник, тот самый, потрепанный, и дальше идет.