Элиза Хеммильтон. Происшествие в Ист-Энде

– Разве я уже спасал вас? – удивленно спросил он, и я прямо видела, как в его голове крутятся, поскрипывая от напряжения, шестеренки. Нет, не помнит он, не может вспомнить.

– Да, я попросила вас передать записку для мисс Крамб, – напомнила я, и «лампочка» наконец-то зажглась. У парнишки даже глаза загорелись.

– О да! Верно-верно! – воскликнул он, не сводя с меня взгляда. Он был ниже меня. Ненамного, конечно, но тем не менее. Впрочем, неудивительно.

– А где, кстати, мисс Крамб? Я и вчера, кажется, ее тоже не видел, – задал он самый главный вопрос, который мучил меня уже вторую неделю и не давал нормально спать.

Поясняю: в прошлый раз он быстро исчез не потому, что я его напугала, а просто потому, что он в принципе всегда куда-то спешит. В этом весь Джейми. Так что он это не нарочно.

Настроение снова резко испортилось, упав ?Если что, она ничего не сделала. Так, замечание для протокола, никаких причин переживать.аж до седьмого круга ада, того, на котором мучились обреченные на вечные страдания преступники и насильники.

Джейми заметил, что настроение у меня отчего-то ухудшилось, и встревоженно моргнул.

Я же говорила, он умный малый и быстро соображает. Даже искренне сочувствует. Если, конечно, не отвлекается.

– Неужели это мистер Рид ее выгнал? – потрясенно спросил он, потирая кончик носа. ?Ведь мистер Рид невероятно учтив и обходителен, это всем известно.

– О да, – мне когда-то тоже так казалось, как и много чего еще.

Но я не стала вдаваться в подробности, поскольку пока плохо знала Джейми Леннокса. Даже если мое первое впечатление о нем меня не обманывало.

Я зябко поежилась. И связано это было не только с не самой приятной для обсуждения темой, но и с усилившимся холодом. Солнце село уже низко, хотя за толстыми облаками его было не видно.

– Да вы замерзли, – трезво заметил Джейми, и я от души расхохоталась, потому что его ремарка показалась мне очень банальной.

В конце концов, я только что накричала в библиотеке на человека, который разбил сердце моей лучшей подруге, публично его оскорбила, и в итоге мне запретили даже показываться в библиотеке. Последние две недели я была сама не своя, потому что не знала, как на самом деле обстоят дела. Анимант не отвечала на мои письма.