Трудно быть вором

 – А не было у Звонарева никаких подозрений, что собаку у него хотят украсть?

– Украсть?! – Лидия Алексеевна уставилась на Гурова с искренним недоумением. – Да кому она здесь нужна? С ней хлопот не оберешься. Одна шерсть чего стоит!

– Ну, здесь-то, может, никому и не нужна, – заметил Гуров. – А в других местах очень даже нужна. Собаки-то нет!

– Правда, – согласилась Лидия Алексеевна. – Сама ничего не понимаю. Может, убежала?

– Сомневаюсь, – сказал Гуров. – Но что выросло, то выросло. Давайте мы с вашего позволения дом осмотрим.

Лидия Алексеевна не возражала. Оба этажа осматривали довольно поверхностно, но все равно это заняло не меньше получаса. Ничего необыкновенного на глаза им не попалось, но выяснилось, что кабинет академика заперт на замок, и замок этот без специалиста открыть нет никакой возможности.

– Да, рабочий кабинет Федор Тимофеевич запирал неукоснительно, – пояснила Шмелева. – Даже если в туалет выходил. Наверное, эта привычка у него с тех пор осталась, когда он засекречен был.

– Наверное, – согласился Гуров и тут же вопросительно посмотрел на Петрова: – Осмотр тела ведь проводили? Ключики у вас?

Петров замялся.

– Ключей при покойном никаких не было, Лев Иванович! – заявил он. – Тут я ошибиться не мог. Кроме носового платка, часов – дорогие, кстати, часы, – никаких вещей.

– Как никаких? – тут же заволновалась Лидия Алексеевна. – Быть этого не может! Все ключи Федор Тимофеевич всегда с собой носил. А еще записную книжку.

Гуров снова посмотрел на Петрова. Бледное лицо того слегка покраснело.

– Клянусь, ничего не было! – сказал он.

– Та-ак! А вот это уже серьезно! – задумчиво проговорил Гуров.

В глазах Лидии Алексеевны мелькнула тревога.

– Серьезно? Что вы хотите сказать? Вы хотите сказать, что Федора Тимофеевича могли… – у нее перехватило дыхание, – убить?!

– Пока я только хочу сказать, что сами ключи исчезнуть не могут. Равно как и собака, и записная книжка, и мобильный телефон особенно.

– Но ведь… милиция считает, что у Федора Тимофеевича случился сердечный приступ, – запинаясь, проговорила Лидия Алексеевна, беспомощно глядя на Петрова.

– Гм, а что, академик часто жаловался на сердце? – спросил Гуров. – В доме я как-то не заметил присутствия лекарств. Обычно у сердечников это сразу бросается в глаза. И потом, здесь, в доме, у академика оборудован прекрасный спортзал.