Книжные хроники Анимант Крамб

– Уильям, не все считают, что единственный вклад женщины в общество – это рожать детей и молча улыбаться, – вдруг послышался голос, и я тут же повернула голову в его сторону. Мой живот отреагировал быстрее, чем мой разум. Потому что в нем начало приятно покалывать еще до того, как я осознанно сопоставила голос с его обладателем.

– Мистер Бойль, – поприветствовала я, едва узнавая свой голос, настолько восторженно он прозвучал. Как у влюбленной дурочки. Я испугалась самой себя.

– Я никогда не утверждал ничего подобного, Уинстон, – возмутился мистер Кент, и его лицо приобрело мрачное выражение.

Было очевидно, что они хорошо знали друг друга, и, судя по язвительным комментариям, у них сложились не очень хорошие отношения.

– Ах нет? Тогда, возможно, тебе стоит воздержаться от оскорблений в сторону мисс Крамб, – сказал мистер Бойль, и я увидела, как они стоят друг напротив друга, молча обмениваясь взглядами.

Мистер Бойль выиграл, когда мистер Кент прикусил нижнюю губу и на мгновение закрыл глаза.

– Прошу прощения, мисс Крамб. Я выбрал не совсем правильные слова, чтобы выразить свои мысли должным образом, – чрезвычайно формально начал извиняться он, и я кивнула ему. – Я лишь хотел отметить, насколько необычно для молодой девушки вашего положения заниматься подобными вещами.

– И вы не ошиблись в этом, – ответила я так, чтобы он понял, что я его прощаю. Ведь именно так поступает открытый миру взрослый человек, которым я считала себя.

Мистер Кент кивнул, улыбнулся и затем поморщился, словно у него внезапно заболел зуб.

– Мне жаль, мисс Крамб. Но я просто не могу этого понять. Зачем вы ходите на работу, если у вас есть возможность заняться более приятными делами? – поинтересовался он, и я задалась точно таким же вопросом.

Я могла бы остаться дома и читать книги. Несмотря на это, я здесь, и в понедельник снова пойду в библиотеку, и вновь буду чувствовать себя усталой.

Что мной движет? Почему я считаю эту работу такой важной?

Потому что она важна для меня. Сначала мысль о побеге привела меня в Лондон, потом гордость удержала здесь. Теперь, после того как отказалась зависеть исключительно от мнения мистера Рида, я уже не понимала, зачем все это делаю.