Книжные хроники Анимант Крамб

Бросающаяся в глаза худощавая фигура, овальное лицо и заостренный, как у мыши, нос. Ее глаза весело смотрели на лорда, которого она только что сбила с мысли, и на ее узких губах заиграла дерзкая улыбка.

Она быстро потащила меня за собой, и я чуть не разлила содовую, а мужчина отстал от нас на два шага.

– Позвольте вас сопроводить, – сказал он, несмотря на шум в комнате, и молодая женщина рядом со мной повернула голову, словно пьяная.

– Боже правый, нет! – воскликнула она и весело покосилась в мою сторону, пока мы убегали.

Я не сопротивлялась, и она отвела меня в соседнюю комнату, где собралось меньше народу, потому что было открыто окно, через которое поступал зимний воздух.

– Так лучше, не находишь? – Ее ледяные голубые глаза обрушились на меня, как ведро с холодной водой.

Она показала на два бордовых мягких стула, и я с облегчением села, аккуратно вытянув ноги, хотя из-за кринолина этого все равно никто не увидел бы. Я уже настоялась за сегодня.

– Это было поистине… – начала я, но была прервана женщиной, которая смотрела на меня, лукаво улыбаясь.

– Невероятно? Фантастически? Захватывающе? – предложила она ряд прилагательных, и ее уверенность в себе рассмешила меня.

– Вообще-то я хотела сказать «отвратительно», – пояснила я, и девушка мне так приторно улыбнулась, словно ей сделали комплимент.

– О-ох, – сказала она, – всегда пожалуйста.

И я снова засмеялась. Хотя девушка была грубой, непорядочной и противной, все же скрывалось что-то за злобным фасадом, что привлекало меня и делало ее очаровательной.

Моя мама бы ее возненавидела. И это была еще одна причина, по которой она мне понравилась.

– Элиза Хэммильтон. Всегда к вашим услугам, когда за бедной девушкой ухаживает толстый, лысый холостяк, – сказала она мне, и я прикрыла рот, словно сама сказала это. – Не удивляйся так, дорогая. Они все так думают. Я просто единственная, кто произносит это вслух, – бросила она, и я кивнула. Потому что тоже думала именно так.

– Анимант Крамб, – представилась я, чтобы не вдаваться в подробности, и Элиза Хэммильтон с радостью схватила меня за руку, свободную от стакана.

– Какое необычное имя. Мне нравится, – призналась она, заставив меня покраснеть. Она снова отпустила мою руку и очень неэлегантно заправила прядь волос за ухо. – Должна признаться, я не совсем бескорыстно спасла тебя от мистера Свиное лицо, – сказала она, и я удивленно моргнула, потому что не понимала, чего она от меня хотела.