На перекрёстке трех миров. Книга 1. Хранительница

– Проехал бы мимо – совесть бы мучила, ну или не мучила! – продолжал Семенович, рассматривая жертву очередного дорожно-транспортного происшествия.

Рыжий небольшой пес лежал на столе, поскуливая. Грязные бока шумно вздымались в такт обрывистому дыханию. В карих глазах плескалась боль, а из левого окровавленного бедра торчал осколок кости.

Водитель облегченно выдохнул. Ну, это вот как раз и понятно. Куда бы он дел эту собаку, если б не мы? Домой не повезёт, травмированная собака никому не нужна.

– Работаем, Рита – сказал Игорь Семенович.

* * *

Я потянулась всем телом, ощущая уставшие мышцы.

В приоткрытую дверь выглянула миниатюрная шатенка Таня:

– Чай, кофе?

– И потанцуем! – утвердительной махнул головой Семеныч.

– Ох, девки! Вам бы дома по ночам сидеть, да личную жизнь устраивать.

– Ага – сказала я с улыбкой.

– Таня, во сколько порядочная девушка должна ложиться в постель? – спросила я Таню, повернув голову.

– В восемь – с такой же улыбкой сказала она.

– Чтобы уже в десять быть дома – закончили мы со смехом.

– Вот заразы симпатичные! – улыбаясь сказал Семеныч, поднимаясь со ступенек.

В восемь утра дверь распахнулась и в кабинет влетела наш бухгалтер Мария Васильевна. Полная кареглазая брюнетка, с мелкими кудряшками на голове, имела неосторожность любить носить балахоны-разлетайки. От того её фигура казалась еще доро?дней.

– Ну что, бригада «Ух» работает до двух?

– До четырёх, Марь Васильевна – ответила я.

Мария Васильевна укоризненно покачала головой.

– Марго, по пути домой завезете документы в администрацию? Сегодня последний день, а я ничегошеньки не успеваю.

Я поморщилась. Ну не люблю я, когда меня так называют.

– Конечно, Мария Васильевна. После приема завезу. И с чистой совестью в отпуск! – я радостно улыбнулась.

– Счастливая – сказала Мария Васильевна и побежала переодеваться.

– Ты не забыла про мой юбилей? – Игорь Семёнович снял белый халат, заменяя его свежим. – Уже 60 – с тоской и какой-то не затаённой грустью в голосе сказал он.

Я взмахнула руками:

– Не УЖЕ, а ЕЩЁ! Что за настроение, честное слово!

Я вскочила, подняла одну руку наверх и продекларировала на французский манер, коверкая «р» и растягивая гласные:

– Есть у метких францууузов золотые слова:

«Если б молодость знала.