Любовница королевских кровей

Она еще никого не пускала в свою постель, но ему об этом не известно. Все, что потребовалось, – это несколько вечеринок, несколько слухов и несколько фотографий. Так сложилось нелестное для нее общественное мнение. Большинство мужчин считают ее искушенной и легкомысленной. А тот единственный, с которым она осмелилась встречаться, освободившись от отцовской железной хватки, соврал, что спал с ней, после того как она отказала ему. Другие последовали его примеру, а потом стало невозможно отделить правду от вымысла.

Боже, ее тошнит от мужчин! И этот ничем не лучше.

Они не видят дальше своего носа, поэтому она и носит маску легкомысленной принцессы, которой не чужды земные радости.

Издевательский смех Кристиано вернул ее к действительности. Слишком поздно до нее дошло, что она только что совершила немыслимое – бросила вызов мужчине с легендарной репутацией ловеласа и сердцееда. Мужчине, о котором женщины говорят только с восторгом и благоговением. Антонелла слышала сплетни о кронпринце. Он был женат, но его жена погибла.

С тех пор ни одна женщина не завладевает его вниманием дольше, чем на несколько недель, самое большее – на пару месяцев. Он меняет женщин, как перчатки. Ловкий делец, как сказала бы ее подруга Лили, кронпринцесса Монтебьянко.

– Возможно, такие крайние меры излишни, – заметил он, сокращая расстояние между ними.

Антонелла отступала, пока не уперлась в стену. Кристиано наклонился ниже, не прикасаясь к ней.

– Может, проверим эту вашу клятву поцелуем?

– Вы шутите!

Он навис над ней:

– Почему?

– Вы же монтероссец!

Кристиано снова рассмеялся, но в его смехе не было веселья.

Это привело Антонеллу в замешательство.

Он вздохнул:

– Согласен. Но вы женщина, а я мужчина. Ночь теплая, благоухающая, идеальная для страсти…

Казалось, она была парализована. Вот-вот Кристиано завладеет ее ртом, вот-вот она ощутит нажим его губ, вот-вот окажется в опасности. Что-то в нем заставляет ее пульс безумно колотиться. Соски затвердели, кожу покалывало…

В последний момент, когда губы Кристиано были на волосок от ее губ, когда их дыхание смешалось, она нашла в себе силы и оттолкнула его.

Он чертыхнулся:

– Очень хорошо, Антонелла. Но с другой стороны, вы много практиковались в этой игре, не так ли?

Почему ее имя в его устах звучит так экзотично?

– Вы отвратительны. Вы пытаетесь взять то, что вам не принадлежит, и прибегаете для этого к силе. Ничего другого я и не ожидала от монтероссца.

– Тысяча извинений, принцесса.