Трепанация прошлого

– Если Осипов знал, что это место известно его детям и жене, то вполне мог туда что-то положить, чтобы они нашли, если с ним случится беда, – предположил Лев Иванович. – Пошли смотреть. Еще приемное устройство надо забрать и «жучки» снять.

Геннадий встал, но с места не двинулся.

– Наручники снимите, – потребовал он. – Чего мать пугать и соседей смешить?

– Веди себя хорошо, а то в угол поставлю! – предупредил его Гуров, снимая наручники.

К сожалению, в ящике буфета, кроме застарелой пыли, ничего не было.

Взять у Геннадия листок с записанными номерами и марками машин и вынуть «жучки» из телефона и из-за трюмо было минутным делом.

Потом они пошли в гараж. Геннадий действительно хорошо спрятал приемное устройство, но специалисты его все равно нашли бы, пусть и не сразу. Они вернулись с ним в кабинет, где стали просматривать записи уже с Крячко. При этом Гуров поглядывал не столько на монитор, сколько на Геннадия. Вдруг он все-таки решит его обмануть?

Картины домашней жизни Осипова никого не интересовали, но вот запись дошла до вечера того трагического дня.

Высокий мужчина в черном, с маской на лице и в перчатках, бесшумно вошел в дом. Светя себе фонариком, он сначала обследовал первый этаж, а потом стал подниматься на второй.

Геннадий, который лучше других разбирался в этой технике, включил запись с подслушивающего устройства, установленного в спальне. Потом он сгорбился в кресле, сидел, закрыв глаза и сжав кулаки так, что костяшки побелели, и вслушивался в голос преступника.

Слов Осипова разобрать было практически нельзя. Все слышали только два вскрика, а потом – неразличимый шепот.

Геннадий проматывал запись раз за разом, потом откинулся на спинку кресла и помотал головой. Этот голос был ему незнаком.

Затем они увидели, как преступник выгреб из сейфа в обычный черный полиэтиленовый пакет все, что там было, сунул туда ноутбук, бросил сотовый телефон и вышел из кабинета. В гостиной он поставил пакет возле двери, снял с полки первые попавшиеся книги, опустил их раскрытыми домиком на пол возле окна, положил сверху и вокруг скомканные газеты и поджег.

Преступник убедился в том, что все нормально горит, и вышел.

– Наши специалисты вытащат из этой записи все, что только возможно, – пообещал Лев Иванович Геннадию, бледному как смерть. – То, что шептал Осипов, они разберут. Вдруг там будет хоть какая-нибудь зацепка?

– Ему не жить, – тихо, но твердо сказал, как поклялся, Геннадий.