Театр одного убийцы

И самой большой глупостью, которую можно было сделать во время генеральной репетиции, – это обращать внимание на всякие закулисные сплетни по поводу сексуальных домогательств и возможных убийств. Поэтому он пожал плечами и, насвистывая популярный мотивчик, отправился к себе в гримерную.

Строева так не считала!

Для нее те проблемы, что начались с приходом в театр Левицкого, были куда как серьезны. Поведение худрука по отношению к ней переходило все границы дозволенного. С такой наглостью и беспардонностью даже она, немало повидавшая на своем веку, еще никогда не сталкивалась.

Левицкий явно решил избавиться от нее. И он делал все, чтобы вывести Строеву из равновесия и выставить ее перед остальными спесивой дурой, возомнившей себя суперзвездой. И, что самое страшное, худруку это здорово удавалось!

Левицкий всегда находил самый лучший момент для того, чтобы нанести очередной удар по ее самолюбию. Например, сегодня. Ну какой нормальный руководитель скажет актрисе, уже доказавшей свою состоятельность и зрелость на театральном поприще, что она играет бездарно? Особенно во время генеральной репетиции.

Можно подумать, что раньше нельзя было определиться, подходит она на эту роль или нет!

Конечно, Мария понимала, что вела себя как школьница. Не стоило ей убегать со сцены и устраивать истерики, какими бы оскорбительными ни показались ей слова Левицкого. В конце концов, на то она и актриса, чтобы суметь сыграть спокойствие и терпение даже в такой ситуации, когда внутри все кипит. Но она просто больше не могла терпеть его издевательских придирок!

В дверь гримерной Строевой постучались, и Мария, немного поморщившись, разрешила войти.

На пороге появилась ее лучшая подруга, Светлана Турчинская, игравшая в этой же постановке «Белой гвардии» роль Ванды Лисович. Она секунду помедлила, подозрительно посмотрев через плечо в коридор, а затем плотно прикрыла за собой дверь.

– Мария, я все слышала! – заявила она. – Этот старый похотливый козел…

– Давай не будем опять об этом, – недовольно поморщилась Строева.

 – Сколько можно переливать из пустого в порожнее?

– Да ты послушай меня, – махнула руками Турчинская, присаживаясь в свободное кресло. – Левицкий отстранил от работы Игоря Станиславовича…

– Единственный верный поступок, – пожала плечами Мария, стараясь выглядеть равнодушной. – Бельцеву действительно лучше заниматься своими прямыми обязанностями. Как помреж он плохо смотрится.

– Да дослушай меня! – возмутилась Турчинская.