Таежное дело (сборник)

– Сидел? Откуда такая уверенность? – подался вперед Лев.

– Наколки на руках, голова бритая, шрам через бровь, – начала перечислять Танюша. – Ну, и речь соответствующая. Он еще с девушкой заигрывал, а она как-то странно реагировала.

– С какой девушкой?

– Вот с этой, место двадцать один. Она, кстати, тоже документ не предъявляла. Никак паспорт в сумочке отыскать не могла. Волновалась, что сперли. Сказала, что от самого Екатеринбурга едет, в поезде паспорт был, а сейчас нет. Я посоветовала ей к охране вокзала обратиться, куда без паспорта-то, но она отказалась.

Сказала, что в чемодане поищет, только я при ней чемодана не видела.

– Против двадцать третьего места фамилия отсутствует, она ее не назвала?

– Назвала, только я не расслышала. А этот, со шрамом, к ней все время приставал, ну, я и не стала ее задерживать. Пожалела. Надеялась, если быстро обилечу, у нее будет шанс от него отвязаться. А он, зараза, специально билет поближе к ее месту затребовал.

Я хотела дать шестое, а он осклабился так мерзко и говорит: давай двадцать второе. Двадцать второе было занято, его бабулька купила. Ну, и дала двадцать третье. Отказать-то не могла, вот и решила, что бабулька за девушкой присмотрит. Хотя бы половину пути. Сама-то она в Лаги ехала.

– А девушка?

– Не знаю, может, в саму Сосьву, а может, и дальше, она не говорила. Ее, кстати, Настя зовут, – добавила Танюша. – Случайно запомнила, подумала, что имя ее никак не сочетается с внешностью.

– Почему?

– Для Насти она слишком уж фигуристая.

– Фигуристая, это с большим бюстом? – проследив за взглядом девушки, остановившимся на собственной плоской груди, спросил Гуров.

– В точку, – засмущалась девушка. – Она вообще красотка, каких поискать. Видно, поэтому этот хмырь на нее глаз положил. Из-за фигуры и смазливой мордашки. Я вообще не понимаю, чего она его сразу не отшила. Ведь понятно, что уголовник, а она с ним так вежливо, культурно, будто он принц какой.

– Быть может, ее представления о людях, находившихся некогда в местах лишения свободы, отличаются от ваших, – пожал плечами Гуров. – Итак, ее имя Анастасия. Возраст?

– Лет двадцать пять, не больше. А ему уже под полтинник. В два раза ее старше, а туда же.

– И куда она могла ехать?

– Ну, уж точно не домой. Таких холеных в наших краях не водится.

– Что-то еще добавить можете? – уточнил Лев.