Вдовец

– И ты наплевала на него, – он улыбается еще шире и закусывает нижнюю губу, когда опускает взгляд ниже. – Тебе нельзя носить такое, я чувствую себя животным.

– Это плохо?

Я чувствую его поцелуй на волосах, хотя это даже не поцелуй. Он дразнит и забирает последние сантиметры, касаясь моего виска. Слишком невинно, мало. Черт возьми, сукин сын издевается… И я запрокидываю голову сама, чтобы уже почувствовать его горячие губы, с которых слетают все эти слова, от которых мне только жарче и теснее. И еще его пьяная расслабленная интонация, будь она проклята!

– Ольга, ты…

– Заткнись.

Он подхватывает мое движение и впивается в губы, забывая весь недавний торг. И я верю, что он извелся в том кафе, он буквально врывается в меня, так жадно, неистово… Я ничего не могу сообразить, проваливаюсь в тягучую сладость мужских прикосновений и плавлюсь.

Всего лишь поцелуй. Первое касание.

– У тебя нежные губы, – его взгляд плывет, не в силах сфокусироваться, – и это точно плохо.

– Почему?

– Не смогу остановиться, я уже чувствую… Не отпущу.

Теперь глубже и медленнее, я закрываю глаза, представляя, как его губы скоро перетекут ниже.

– Что ты сказала ему? – N выдыхает вопрос мне в рот, отодвигаясь всего на миллиметр.

– Что?

– Что ты сказала мужу?

– Я не хочу говорить о нем.

– Уверена? – он вновь целует, нежно касаясь языком, и тут же отстраняется. – Я думал, игра в этом.

Он говорит «игра», а я отчетливо слышу «весь кайф». Весь кайф в этом?

– Хочешь трахнуть его жену? – произношу с усмешкой.

– Хочу много и долго трахать его жену.

Я прячу раскрасневшееся лицо ему в плечо. Моя алая помада останется на его белой рубашке, даже не надо проверять, так и будет. Оставляю свой отпечаток и вбираю его запах. Он идеален, запах в мужчине – самое главное и сексуальное, и вот он идеален. Из-за него туман в голове только сгущается, и меня можно сейчас уговорить на любое безумие. Я абсолютно пьяна им.

– Я вся мокрая.

– Вся? – N повторяет мою недавнюю усмешку и подгибает под себя.

Я за мгновение оказываюсь у противоположной двери, и он теперь давит сверху, а его рука… Я пытаюсь поймать ее, хотя хочу ощутить касание, да, хочу, и поэтому плохо стараюсь, безвольно проскальзываю пальцами по его локтю и позволяю ему.

– Сумасшествие, – сдавленным голосом говорит N, находя кружевную ткань белья, – ты чистое сумасшествие…

Глава 9

Я пересаживаюсь на другую сторону.